Димитриев

Заговор «больших погон». На что рассчитывал Путин 24 февраля 2022 года и как будет дальше идти война в Украине «Сегодня ровно четыре года, как Путин взял Киев за три дня», - такими словами начал свое обращение в соцсетях по поводу годовщины российского вторжения Владимир Зеленский, в очередной раз желая подчеркнуть насколько кардинально не оправдались многочисленные прогнозы о скором разгроме Украины в начале полномасштабной войны с РФ. При этом, в реальности, если посмотреть в ретроспективе, то нынешняя война является чередой взаимных просчетов. Совершенно очевидно, что Кремль в феврале 2022 года не рассчитывал ввязываться в столь длительную войну и изначально его стратегия строилась на быстрой нейтрализации украинской армии с установлением в Киеве лояльного Москве режима. То есть, повторение «крымской весны» 2014 года, только в гораздо больших масштабах. Но все, как известно, пошло совсем не так. Поэтому сейчас, особенно на фоне «точечных» и эффективных действий американцев в Венесуэле, российское вторжение выглядит торжеством иррациональности и провального планирования. Однако, с учетом всего произошедшего за 4 года, можно сказать, что действия Путина, если их рассматривать с точки зрения имперско-захватнической логики, имели вполне рациональный расчет, который оправдался по большинству пунктов. Путин, принимая решение о начале вторжения, насколько можно судить, исходил из пяти главных посылов: 1. Санкции не сломят российскую экономику. 2. Запад не вмешается напрямую в войну в Украине, опасаясь ядерной войны. 3. Российское общество в большинстве своем поддержит вторжение и сохранит стабильность. 4. Крупнейшие незападные страны не присоединятся к санкциям против РФ, что позволит российской экономике перенаправить свой экспорт и заместить импорт. 5. Российская армия сможет быстро разгромить ВСУ. Из этих пяти посылов сбылись все кроме одного главного – 5 пункта, что и предопределило происходящее. Накануне вторжения было много прогнозов, в том числе и в западных СМИ, что вторжение российской армии однозначно будет означать быстрый разгром Украины. А потому то, что его не случилось, до сих пор многими воспринимается чуть ли не как чудо. Но, на самом деле, никакого чуда не было. Была математика, помноженная на высокий боевой дух и боеспособность украинской армии и готовность значительной части общества сражаться. Если исходить из открытых цифр, то получается, что РФ попыталась захватить Украину лобовым ударом группировки в 200 тысяч солдат, при том, что украинские сухопутные силы (ВСУ и Нацгвардия) к моменту вторжения насчитывали примерно столько же, а в течение нескольких месяцев увеличились в несколько раз за счет резервистов, добровольцев и мобилизованных, создав кратное численное превосходство над российскими войсками при вполне сопоставимом уровне вооружений (за исключением ракетно-авиационной составляющей), а начавшую проявляться весной проблему с боеприпасами быстро решили за счет западных поставок. При таких пропорциях, даже если б российская армия была «космодесантом», шансов выполнить поставленные задачи наличными силами у нее не было. Точнее, такой шанс был только в одном случае: если б в момент вторжения в Украинеиначался бы полномасштабный военный мятеж, который бы парализовал работу госаппарата и сопротивление армии. Подчеркнем: не убийство или пленение отдельно взятого Зеленского (оно бы само по себе мало на что повлияло – вместо него командование бы принял новый человек, армия была готова воевать, а Запад – оказывать поддержку), а мятеж с потерей управления войсками. Есть версия, что Кремль рассчитывал именно на это, чем и объясняется столь явный недостаток сил, выделенных для вторжения (при том, что, как показали последующие годы войны, российское командование «математику резервов» просчитывает достаточно точно, за исключением затягивания вопроса с объявлением мобилизации в 2022 году, но последнее вряд ли происходило по воле военных). Продолжение здесь.