Димитриев

Димитриев задаётся вопросом, почему до сих пор существуют искренние сторонники коммунизма, несмотря на провалы всех социалистических проектов. Дело в том, что экономические провалы, международная изоляция и даже развал СССР для сторонников коммунизма не являются признаком поражения. Коммунизм в их восприятии — это не про экономическое процветание и сытное потребление, а про большую армию, сильное государство, про победу, про космос, про национальное достоинство. Коммунизм это про самостоятельную международную политику без опоры на какие-либо внешние центры, даже в ущерб потреблению. Возможно, когда-то коммунизм действительно подразумевал экономическое процветание. Но в XX веке эта “идеалистическая” линия была вытеснена идеей выживания в условиях суровой реальности. Власть была взята, а что делать дальше оказалось непонятно, потому что обещанного социалистического чуда не случилось. Так коммунизм превращается в идею выживания за счёт опоры на внутренние ресурсы. Мы всё сделаем сами, потому что у нас свой антиимпериалистический путь, без эксплуатации человека человеком, а наоборот. Звучит комично, но по факту так и было. Коммунизм стал путём национализма, державности, идеи собственного величия. Поэтому он и умер, собственно. Потому что примитивный национализм XX века, с его идей протекционизма, таможенных пошлин и монополии на внешнюю торговлю плохо сочетается с современной глобальной экономикой. Потому что одно дело строить свою нацию в эпоху плотин и доменных печей, и совсем другое — в эпоху микрочипов, дронов и ИТ. Мало стран, если вообще такие найдутся, могут позволить себе играть в националистов и коммунистов по старинке. Тем не менее мечтатели остаются и будут оставаться всегда, независимо от экономических закономерностей. Идеологию невозможно уничтожить, но объективные процессы могут отодвинуть её далеко на периферию, как это произошло с коммунизмом. Даже современный национализм питается не столько требованием протекционизма и автаркии, как раньше, сколько миграционным, демографическим и политическим кризисом.