Ещё в понедельник Ueno Bank был гордостью парагвайской банковской системы: первый цифровой банк в стране, один из пяти крупнейших коммерческих банков и официальный спонсор национального спорта. Через его счета проходили две из трёх электронных платежей в стране. Почти 3 миллиона клиентов при населении 7 миллионов. Во вторник утром в Ueno Bank вошли представители центрального банка. Причина: коэффициент достаточности капитала упал ниже половины требуемого минимума. Счета заморозили, обслуживание остановилось, перед отделениями выстроились очереди. Вечером президент Сантьяго Пенья прокомментировал ситуацию одним предложением: Ueno «уже не существует». Люди не могут снять зарплату, пенсионеры лишены доступа к своим пособиям. Даже взносы в IPS — парагвайский аналог ЗУС — заморожены. Торговцы предупреждают о параличе рынка: магазины не могут принимать платежи. Свои сбережения в Ueno хранила и значительная часть футболистов национальной лиги. Председатель центрального банка подал в отставку, а прокуратура распорядилась арестовать совет директоров банка. В Асунсьоне вспыхнули стычки с полицией. Толпа требует импичмента самому президенту. Президента — потому что Ueno не был обычным частным банком. Пенья был акционером холдинга Ueno ещё в 2025 году. С тех пор, как он занял пост, в Ueno шли значительные государственные средства. По данным Bloomberg, это около 870 миллионов долларов — почти 30% всех депозитов банка. К этому нужно добавить пенсионные фонды IPS, размещённые на годы вперёд. Надзор за этим вёл Карлос Карвалло, председатель центрального банка. Ранее он возглавлял Ueno. Тревожные сигналы появлялись годами: – в 2024 году центральный банк Карвалло разрешил Ueno растянуть на 20 лет около 300 миллионов долларов просроченных кредитов после поглощения Visión Banco; местная пресса писала, что это «беспрецедентно»; – руководители IPS публично признавали, что не могут дать 100% гарантии на деньги пенсионеров, размещённые в Ueno; – агентство Fitch предупреждало о странных сделках с аффилированными компаниями и сомнительных бухгалтерских практиках. Несмотря на это, ещё в марте местное рейтинговое агентство, связанное с Fitch, держало Ueno на уровне AA с пометкой о «сильном тренде». Банк также хвастался сертификатом честности, полученным от государственного секретариата по борьбе с коррупцией. Семь месяцев спустя банка нет. По иронии судьбы, тот же центральный банк годами предупреждал граждан о биткоине. Его главный аргумент звучал так: криптовалюты не имеют государственной гарантии (Парагвай — один из крупнейших центров добычи биткоина в мире). Теперь выясняется, сколько стоят эти гарантии. Гарантийный фонд покрывает около 228 миллионов гуарани на человека, то есть примерно 40 тысяч долларов (в Польше BFG гарантирует депозиты до суммы 100 тысяч евро). Люди теперь стоят у банка с плакатами «Государство должно гарантировать 100% средств». Судьба всех остальных сбережений зависит от того, сколько ликвидаторы спасут из конкурсной массы. Итог: деньги в банке не совсем твои. Это обещание, что кто-то их тебе вернёт, и оно работает, пока все в него верят. Сказать по правде, ничто не ново под луной. Особенно же когда руководители банка срослись с государственной властью. Ровно тоже самое происходит и в Азербайджане, банковская система которого целиком и полностью в руках правящей семьи и её холдинга. Upd. Президент Парагвая подал в отставку. @RifahAz