Рембодлер

Рассвет постграмотного общества Недавно вышел большой текст журналиста The Times Джеймса Марриотта под названием «Рассвет постграмотного общества». В нем много ссылок, статистики и графиков, а основная мысль такая. Общество было неграмотным до «революции чтения» в 18 веке. Революция заложила основы всего хорошего — рационального мышления и демократии. Эта эпоха подошла к концу, на дворе «контрреволюция экрана» — результат повсеместного распространения смартфонов и соцсетей. Она приводит к катастрофическому падению уровня грамотности и возвращает людей в 18 век. «По мере того, как книги умирают, мы, похоже, возвращаемся к устным привычкам мышления. Наш дискурс скатывается в панику, ненависть и межплеменные войны. Антинаучная мысль процветает на самом высоком уровне американского правительства. Сторонники иррациональности и теорий заговора находят огромную и доверчивую аудиторию в интернете. Изложенные на бумаге, их аргументы показались бы абсурдными. На экране для многих они убедительны». «Без знаний и навыков критического мышления, привитых печатью, многие граждане современных демократий оказываются столь же беспомощными и доверчивыми, как средневековые крестьяне, движимые иррациональными призывами и склонные к стадному мышлению. Мир после изобретения печати все больше напоминает мир до него». Эссе вышло на сабстаке и стало вирусным — у него около десяти тысяч лайков и три тысячи перепостов — невиданные показатели для этой платформы. В комментариях кто-то пишет, что старик опять орет на тучу — в любую эпоху жалуются, что люди перестали читать и вообще поглупели. На что Марриотт (вполне резонно, мне кажется) отвечает: моральная паника в прошлом автоматически не отменяет все последующие моральные паники по этому поводу. А пару дней назад похожее эссе выпустил Дерек Томпсон (The Atlantic, книга Abundance). Оно называется «Конец мышления» и там тоже много ссылок и графиков. У Томпсона фокус на ИИ — важнейшего фактора, угрожающего нашей способности мыслить. Настоящая угроза — не всесильный ИИ, а упадок думающих людей, пишет Томпсон. «В фильмах о надвигающихся планетарных катастрофах мы часто видим, как мир объединяется, чтобы подготовиться к встрече с угрозой. Можно было бы представить, что потенциальное появление всезнающего ИИ послужит стимулом, подобно запуску Спутника для нашей коллективной способности глубоко мыслить. Вместо этого, мы готовимся к предполагаемому появлению супермозга, проводя себе лоботомию, меньше читаем, пишем и размышляем. Это, как если бы некоторые астрофизики поверили, что комета летит на Нью-Йорк, а мы подготовились к ее прибытию, заранее сравняв Манхэттен с землей». У Томпсона есть прием, который может сохранить навык глубокого мышления. Он называется «Время под напряжением». Способность терпеливо рассматривать группу едва связанных или разрозненных идей позволяет человеку соединить их во что-то новое. Это понятие из фитнеса. «Возьмем, к примеру, простое приседание: вы держите вес и опускаете бедра из положения стоя. С одним и тем же весом человек может присесть за две секунды или за десять. Последнее сложнее, но именно оно и наращивает мышцы. Больше времени — больше нагрузки; больше боли — больше результата».