Это кадр из фильма "Скупой". Съемки в этом фильме принесли неподражаемому Луи де Фюнесу рекордные 6 млн франков. На 1 млн из них он купил замок, где в пожилом возрасте жил вдали от суеты мира, выращивая розы. В Клубе "Люди 3.0" на этой неделе мы делали разбор финансовой стратегии этого удивительного человека и актера. Сын испанских эмигрантов, проведший детство в нужде и стыде, он стремился к признанию и обеспеченности. Но страх, стыд и гнев - хорошие мотиваторы, но плохие консультанты. Добившись признания, он работал столько, сколько ему предлагали. Работал на износ, поддерживая себя лошадиными дозами никотина и кофеина. Итогом стали два инфаркта, полный запрет на профессию и старость в уединении. Казалось бы, - обеспеченная старость и состояние наследникам после смерти. Но нет. Ведомый чувством страха нищеты, он заключал со студиями максимально осторожные контракты с моментальной и гарантированной выплатой. Компетентные люди указывали ему на то, что с каждого фильма он мог зарабатывать в разы больше, но он не слушал. Сейчас, в наши дни, только одна студия зарабатывает на его фильмах 500 млн евро в год. А наследники продают замок Великого Луи, чтобы свести концы с концами. Зарабатывать - это только одна из трех задач управления личными финансами. В Клубе "Люди 3.0" я даю прогрессивную трехтактную модель взамен устаревшей двухтактной, в которой живет, по наблюдениям, 90% людей и не удивительно, что итогом становится бедность в последней трети жизни. Здесь я этого дать не могу, понятное дело. И от этой двухтактной модели не является иммунитетом ни слава, ни успех, ни высокие гонорары. Луи де Фюнес не смог конвертировать свой талант и работоспособность в несметные сокровища, но любим мы его не за это. В течение августа мы смотрим в Клубе в выходные один из его фильмов. И убеждаемся, что истинный талант на теряет актуальности. Пересмотрите фильмы с его участием - получите удовольствие. Если вы давно искали искрометную комедию без пошлостей - можете выбрать любой фильм с участием Луи де Фюнеса. Он блестяще смешил людей, но самому ему было не до смеха.