Рабкор

🤩 Испания: жилищный кризис, протесты и досрочные выборы Автор: Лев Мирский Мне хотелось бы быть там с вами, участвовать вместе с вами в вашем палаточном лагере и вашей борьбе, но, к сожалению, у меня нет такой возможности. Я прошу всех бороться, защищать то, что принадлежит вам, — таковы были последние публичные слова 87-летней Мари Кармен Абаскаль перед смертью в больнице. Кадры того, как полиция вторгается в квартиру Мари Кармен, где она прожила 70 лет, а затем выносит её на носилках на улицу, обошли мировые СМИ. Даже Комитет ООН по экономическим, социальным и культурным правам потребовал приостановить выселение. При выселении силовики применили дубинки и перцовый спрей против соседей и активистов мадридского профсоюза арендаторов, трижды блокировавших предыдущие попытки выселения. Мари Кармен была не просто жертвой: пока могла стоять на ногах, она активно участвовала в движении арендаторов и стала его символом. Сразу после выселения Мари Кармен по всей Испании прошли массовые протесты под лозунгами «Больше ни одной Мари Кармен!», приведшие к установке палаточных лагерей в Мадриде, Барселоне, Севильи и Валенсии. Лагеря стали площадками уличной политики, где общественные и политические группы обсуждают проблемы и выдвигают требования. В ответ премьер Педро Санчес выступил с двумя срочными декретами, предусматривавшими ограничения на выселение и автоматическое продление договоров аренды. Декреты были отклонены голосами правой «Народной партии», ультраправого «Голоса» и каталонских националистов. Тогда премьер распустил парламент и объявил досрочные выборы. Очевидно, что, несмотря на критику слева, Санчес рассчитывает снова сформировать кабинет, опираясь на протестную мобилизацию, или хотя бы ослабить позиции в парламенте правых, чья популярность выросла на фоне миграционного кризиса в Сеуте. Одним из главных достижений второго срока Санчеса должна была стать жилищная реформа. Закон 2023 года предусматривал сдерживание арендной платы в зонах напряжённого рынка жилья. Однако полномочия по определению этих зон были переданы региональным правительствам. Большинство регионов, контролируемых правыми, в частности Мадрид, не стали применять этот закон, как и многие регионы, контролируемые социалистами. Фактически закон стали применять только в Каталонии. Параллельно социалисты предлагали использовать методы мягкого стимулирования рынка для снижения арендной платы. Социалисты подвергаются критике со стороны левых партий, от которых зависит их власть: Sumar — младший партнёр правящей партии, входящий в правительство, а Podemos поддерживает социалистов при голосованиях в парламенте, не входя в коалицию. Podemos и Sumar требуют расширить фонд социального жилья, в том числе за счёт экспроприации пустующих квартир, и запретить фондам-«стервятникам» скупать жилую недвижимость. Парадоксально, но жилищный кризис стал следствием строительного бума 2000-х: в Испании строили больше жилья, чем в Великобритании, Италии и Германии вместе взятых. Однако многие дома возводились не там, где люди живут и работают, а в прибрежных туристических зонах как спекулятивный актив. Когда пузырь лопнул, многие люди не смогли платить аренду и ипотеку. В годы кризиса государство национализировало значительный объём «токсичных активов», но вместо создания фонда социального жилья распродавало обесцененную недвижимость инвестиционным фондам, ставшим крупнейшими арендодателями в стране. В 2025–2026 годах рост цен на жильё в крупных городах всё чаще становится источником протестной мобилизации, укрепляющей позиции левых. Так произошло и в США: в Нью-Йорке социалист стал мэром, а демократические социалисты добились успеха на праймериз Демпартии. Похожая ситуация сложилась в Германии: партия Die Linke пользуется поддержкой в крупнейших городах и победила на выборах в Берлине. Испания показывает, как первоначальный импульс левых сталкивается со сложной электоральной машинерией, конкуренцией с правыми, использующими миграционную повестку, с необходимостью компромиссов с центристами и амортизацией общественного порыва в парламентских дебатах.