Оптимизируй это. Почему закрывают родильные дома? Рабкор начинает новую рубрику совместно с политиком Евгением Ступиным. На наших каналах мы будем говорить об острых социальных проблемах и разбираться в опасных тенденциях российской социальной политики. Недавно на канале «Депутат Ступин» был опубликован пост о закрытии в Красноярске родильного дома, работники которого вместе с пациентами обратились к президенту, стремясь спасти медучреждение. Мы решили посмотреть на ситуацию с родовспоможением в России в целом. Демографическая тематика очень нравится нашим политикам и чиновникам: можно, не касаясь острых вопросов, продемонстрировать радение за судьбу державы. И при этом представить дело так, будто ни государство, ни конкретный его представитель ни в чём не виноваты: это народ ленив, эгоистичен и не скрепен. Всегда можно добавить пару провокационных фраз и попасть в заголовки СМИ. Однако к большому неудовольствию чиновников россиянки не спешат рожать сколько «Бог даст», надеясь на мифическую «лужайку», которую тот же Бог якобы выдаёт к каждому «зайке». Когда дело касается их непосредственно, наши сограждане умеют отделять реальные котлеты от пропагандистских мух. В реальности же государство предпочитает экономить на гражданах, в связи с чем в России уже не первый год закрываются родильные дома. Это — часть большого процесса, который называется «оптимизация родовспоможения». Один из множества типичных примеров — закрытие роддома в городе Никольске Пензенской области. В ответ на жалобы жителей чиновники поясняли: количество рожениц и родов сильно сократилось, поэтому держать целый роддом нецелесообразно. Рожениц доставляют в больницы других районов или в областной центр — везут минимум 50, максимум 120 километров. Забавно, что Пензенская область вошла в пилотный проект по повышению рождаемости, правда, участниками проекта стали другие города области. Никольск могли попросту вычеркнуть как «бесперспективный». Подумать стратегически никому из чиновников в голову не пришло. Главное — чтобы ничто не испортило показатели в отчётах об «успехе проекта». Сообщения о закрытии родильных домов в течение последних нескольких лет поступали из Москвы, Подмосковья, Курганской, Омской, Ростовской и Свердловской областей, с Чукотки, Кузбасса и других регионов. Оптимизация родовспоможения должна была обеспечить рожениц качественной медицинской помощью в современных перинатальных центрах. Идея вроде бы хорошая, но центров недостаточно. К тому же скромный роддом рядом может оказаться намного лучшим вариантом, чем самый современный перинатальный центр за десятки, а то и сотни километров от дома. Чиновники будут ссылаться на показатели снижения младенческой смертности, модернизации медицинских учреждений и прочие успехи. В то же время в результате пресловутой оптимизации за 25 лет расстояние от роженицы до роддома увеличилось с 15 до 80 километров. А роды — это не выборы в Госдуму, они нередко проходят не по плану, исход бывает непредсказуем, а время порой решает всё. Сами перинатальные центры стали проблемой: они перегружены, туда стягиваются самые тяжёлые случаи, что негативно отражается на показателях материнской и младенческой смертности. Начинается давление на врачей: обеспечьте показатели кровь из носа. И врачи стараются — порой во вред пациентам. А трагедии с гибелью матерей или младенцев чиновники склонны объяснять стечением обстоятельств или ошибками конкретных врачей — как, например, в Новокузнецке Кемеровской области, в Калининграде, в Москве. Аморально оправдывать тех, кто непосредственно виновен в пренебрежении профессиональным долгом — во имя показателей или чего бы то ни было ещё. Не видеть за всеми этими случаями тенденции — преступно. Под шумок о демографической катастрофе представители российской власти действуют чётко и тихо: закрывают, укрупняют, оптимизируют. И удручённо сообщают журналистам: изнежился народ, обленились женщины. Как раньше в поле рожали? Пожалуй, такой вариант устроил бы чиновников — при условии хороших показателей, конечно. Но это они себе организовали бы, не впервой.