«Не наши» методы: статистика и политика Автор: А. О. Общественная палата (ОП) озаботилась проблемой фальсификации итогов выборов, правда, специфическим образом: участники круглого стола в ОП предупреждают: «осенним выборам в Госдуму предстоит столкнуться со старым врагом — недобросовестным математическим анализом». Примером «аналитической недобросовестности» стали нашумевшие выкладки математика Сергея Шпилькина. Шпилькин* анализировал статистическое распределение явки и голосов на думских выборах 2007 года и последующих выборных кампаниях, обращая внимание на аномальные участки, где резкий рост явки сопровождался необычно высокой долей голосов за «Единую Россию». Шпилькин считал такие участки возможными пространствами фальсификаций. Подозрений о масштабных фальсификациях на тех выборах было много, но именно Шпилькин оценил масштаб: около 14 миллионов голосов. Неудивительно, что «метод Шпилькина» постоянно подвергается критике. Теперь участники круглого стола в ОП объявляют «иноагентскими» математические методы анализа электоральных процессов, основанные на нормальном распределении Гаусса. Главный признак иноагентской сути таких изысканий — поиск фальсификаций. Выступающие на круглом столе предлагают решительно отмежеваться от подобной ереси и, объявив доказательства фальсификации выборов «дискредитацией российской демократии», разработать свой, «суверенный метод» анализа электоральных процессов. Споры о применимости статистических методов к итогам выборов ведутся давно. Исследователи склоняются к тому, что при выявлении каких-либо аномалий необходим дополнительный социологический анализ. Это разумно, но только если дискуссия не сводится к навешиванию на оппонентов ярлыков «иноагента» или «врага». Перед нами уже оформившаяся социально-политическая тенденция: российская власть и аффилированные с ней структуры склонны объявлять вредными, ненаучными и вражескими концепции или методы, выводы которых чем-то неудобны власти. И дискуссия в ОП показывает: подходы, уже отработанные на истории, социологии и философии, теперь стремятся перенести на естественные и математические науки. Причём сама власть в каждом случае решает локальную задачу: убрать из оборота строптивых учёных, объявить вредоносными определённые труды и направления, отобрать удобные цитаты, философские концепции и интерпретации социологических данных или исторических событий. Всё остальное маркировать как вражеское — и похоронить. И в сегодняшней кампании «против Гаусса» заложена конкретная цель: дискредитировать саму идею связи статистических аномалий на выборах с их фальсификацией, заранее очернить любые попытки доказать такую связь. История с Гауссом демонстрирует механизм: научный метод сначала объявляется политически неблагонадёжным, затем его результаты — недостоверными, а самих исследователей можно уже не опровергать по существу: достаточно поставить на них соответствующую маркировку. Но, стремясь каждый раз к конкретной цели, власть порождает гораздо более широкую, мощную тенденцию. Подход «не опровергать научно, а политически клеймить оппонента» начинает распространяться как лесной пожар. Во многих интеллектуальных сферах появляются люди, которых мало интересует разоблачение ненаучных изысканий, зато привлекает возможность с помощью дубинки «суверинизации» устранить более талантливых конкурентов. Эта тенденция постепенно расползается по всему интеллектуальному пространству страны, медленно убивая науку и образование. И дальше уже необязательно давление сверху: за «работу» возьмётся армия карьеристов, готовых повторять любую чушь только для того, чтобы утвердиться в академической иерархии и оторвать себе маленький «суверенный» кусочек «суверенного» пирога. Но есть обнадёживающий исторический факт: рано или поздно во власти появляются люди, способные оценить опасность подобной тенденции для собственного благополучия, а заодно и для страны. И когда-нибудь на место бездарных карьеристов вновь придут настоящие учёные, которым понимающе улыбнётся с пыльного портрета Карл Фридрих Гаусс. * Внесён Минюстом РФ в реестр иноагентов.