Proeconomics

С 1 января 2027 года следить за ценами на мясо, рыбу, масло, соль, сахар, некоторые овощи – всего 24 базовых продукта - власти будут на основании данных, полученных от налоговой службы. Налоговики станут передавать ряд сведений о торговых субъектах различным федеральным органам исполнительной власти. Не приведёт ли такой административный надзор за ценами из утверждённого перечня к тому, что пищевая промышленность и ритейлеры повысят цены на другие виды продуктов, чтобы компенсировать упущенную прибыль, и мы получим новый виток продовольственной инфляции? Ответы экспертов в рубрике #опросы Руководитель консалтингового агентства Bright Consulting Мария Яшенкова: В этой новости я вижу две важные темы. Первое — расширение списка продуктов с фактически регулируемыми ценами. Здесь можно прогнозировать, что регулирование будет происходить так же, как сейчас контролируют социальные хлеб или яйца. По факту это создаёт для производителя дополнительную бумажную нагрузку по объяснению цены, но фактически просто приводит к расслоению ассортимента: на минимальную социальную часть, которую многие производители стараются сокращать и оптимизировать по составу, и на остальную часть ассортимента, где уже можно заработать. В этом смысле новое регулирование приведёт просто к существенному расширению этой практики. Хочу подчеркнуть, что заработок крайне важен для пищевиков — это инвестиции в развитие: новое оборудование, автоматизацию, достойную оплату персоналу, в конце концов, в рекламу и развитие бренда. И здесь мы переходим ко второй части вопроса. Кто будет определять, какой заработок для производителя достаточен? К примеру, норма прибыли после вычета расходов на сырьё и производство у регионального производителя без бренда может составлять 7–10% оборота, а у крупного федерального производителя с брендом — 40%. Но это не чистая прибыль — это именно те деньги, которые необходимы для развития. Соответственно, либо вторжение в рыночное регулирование цепочки стоимости приведёт к падению доходности и, соответственно, уменьшению возможностей развития, либо государству придется регулировать реально всю цепочку расходов, включая стоимость федеральной рекламы и скидки федеральным сетям. Во что сложно поверить. Вывод: скорее всего, всё кончится повышением регуляторной нагрузки на пищевиков и выделением 3–5 социальных позиций со сниженной ценой. Говоря о потребителе, это, безусловно, будет актуально населению, живущему за чертой бедности, а таких немало. Но удастся ли существенно сократить стоимость? Вряд ли: российские производители и так на минимуме, а функцию по обеспечению минимальных цен на эти действительно индексные продукты уже фактически взяли на себя федеральные сети. Мне лично трудно поверить, что государству это удастся лучше, чем «Пятерочке» и «Магниту». Обозреватель аграрных рынков Алёна Белая: Обычно больше всех в историях с контролем цен «достается» производителям - внимательнее смотрят именно на их отпускные цены. А, например, по мясу, рыбе и овощам они определенно находятся на уровнях, которые позволяют балансировать на грани адекватной рентабельности, а не бессовестно зарабатывать на покупателях. Ретейл же прекрасно анализирует возможности россиян и не ставит чрезмерную торговую наценку на эти позиции. Так что вряд ли решение о введении административного надзора грозит нам планомерным снижением цен. Сети и так представляют сейчас достаточный ассортимент продуктов «первой цены» - самых бюджетных в своей категории. Попытка ограничить цены на те продукты, на которых производители и ретейлеры пытаются заработать, просто приведёт к снижению к ним интереса, и мы реже будем видеть их на полках. Любое ограничение и жёсткий надзор за стоимостью без помощи аграриям или рыбодобытчикам может приводить к частичному дефициту. (продолжение в следующем посте)