В США уровень участия граждан в экономической жизни находится на самом низком уровне за последние 50 лет. По всей видимости, это рабочая модель для большинства развитых стран (с некоторым опозданием – и для России). Поскольку всё меньше взрослых работают или ищут работу, большая часть избирателей воспринимает экономику в основном как потребители, пенсионеры или рантье, а не как работники. Это меняет политические стимулы в отношении заработной платы, иммиграции, ИИ, налогообложения и перераспределения. Экономика становится всё более зависимой от сокращающегося ядра работников, которое генерирует доход, налоги и инновации, и это поддерживает растущее число неработающих. Экономика становится более хрупкой, поскольку шоки на рынке труда концентрируются среди меньшего числа участников. Капитал всё чаще должен заменять труд. Дефицит рабочей силы повышает отдачу от автоматизации, ИИ, робототехники и программного обеспечения. Ставка на ИИ становится в большей степени компенсацией отсутствия работников, чем простой заменой. Рост всё больше зависит от производительности, а не от участия рабочей силы. Любое снижение производительности будет иметь гораздо более серьёзные последствия, чем в прошлом, учитывая, что рабочая сила больше не компенсирует недостаток Капитала и инноваций.