Доходность долгосрочных суверенных облигаций стран G7 на этой неделе достигла двадцатилетнего максимума, поскольку в цену облигаций развитых стран на сумму $50 трлн закладывается т.н. «второй инфляционный режим». Инвесторы ожидают повышения процентных ставок центральными банками для сдерживания инфляции; рынки полагают, что первым шагом ФРС под руководством Уорша будет повышение ставки (а не понижение ставки ФРС, как от него ждал президент Трамп). Проще говоря, инвесторы начинают беспокоиться, как никогда не беспокоились даже на пике после эпидемии Ковида и мирового дисбаланса 2022 года, вызванного конфликтом на Украине, что высокая инфляция останется с нами надолго. Они хотят получить компенсацию за этот риск и ожидают, что центральным банкам придётся повысить процентные ставки, чтобы сдержать инфляцию. Этот вывод основан не только на ударе от ближневосточного конфликта, но и на обстановке, в которой он происходит. Экономики до сих пор не смогли полностью избавиться от пандемической инфляции. Правительства имеют постоянно растущие долги, пытаясь обуздать расходы, которые только подливают масла в огонь. Плюс многим развитым странам приходится увеличивать военные бюджеты, что дополнительно вгоняет правительства в долговой кризис. Обобщая, это означает, что цена денег в развитых странах будет дорогой, и это, как известно из теории и практики – ограничитель экономического роста. Россия не одинока в цене денег (хотя у нас эта дороговизна экстремальная – реальная ставка превышает 9%; скорее всего ни одна развитая и среднеразвитая страна мира не могла бы показать экономического роста при такой цене денег, как в России – так что нынешний российский случай «не скатывания в долгий кризис» можно признать уникальным, наверняка он войдёт в экономическую историю).