Proeconomics

По итогам I кв. сальдо счёта текущих операций — $12,2 млрд против $18,4 млрд годом ранее. ЦБ объясняет это снижение «ростом импорта товаров и увеличением дефицита баланса услуг». При этом рубль продолжает укрепляться, что ещё больше стимулирует импорт товаров и услуг. Нет ли опасности, что такими темпами уже в этом году сальдо может приблизиться к нулевой или даже отрицательной отметке? Как это может отразиться на курсе рубля, инфляции, федеральном бюджете? Ответы экспертов в рубрике #опросы Главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА» Антон Табах: Пока такая опасность не просматривается. Экспортные доходы поступают с существенной отсрочкой, выросшей из-за санкций. В первом квартале в статистике видны доходы от экспорта за конец 2025 г. и, возможно, январь и часть февраля 2026-го, когда ценовая ситуация была очень тяжёлой. С начала обострения на Ближнем Востоке ситуация радикально улучшилась, и данные за второй и третий кварталы, скорее всего, будут сильно лучше. При этом рост импорта сдерживает охлаждение экономики, нивелируя эффекты крепкого рубля. На инфляции крепкий рубль и рост импорта отражаются хорошо, а вот на бюджете - очень печально. Руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам» Ольга Беленькая: Отставание Iткв. 2026 г. от I кв. 2025 г. по таким показателям, как торговый баланс (25,3 млрд долл. против 30,7 млрд долл.) и сальдо счета текущих операций (12,2 млрд долл. против 18,4 млрд долл. годом ранее) объясняется слабой динамикой января-февраля, в период низких цен на российскую экспортную нефть Urals ($40-45/барр.). Как сообщает ЦБ, динамика экспорта обусловлена ростом вывоза неэнергетических товаров. Но низкие поступления от нефтегазового экспорта компенсировались в январе-феврале значительными объёмами продажи валюты от ЦБ и Минфина на внутреннем рынке, поэтому рубль оставался крепким, что по мере постепенного снижения ключевой ставки поддержало отложенный спрос на импорт товаров и услуг (в частности, на автомобили и на зарубежные поездки). По итогам I кв. 2026 г. слабый экспорт (+1,2% г/г) сочетался с ускорением роста импорта товаров и услуг (+9,9% г/г) и ростом дефицита баланса услуг (+14,5% г/г). В итоге профицит счета текущих операций сократился примерно на треть. Однако с марта ситуация с внешнеторговыми показателями России резко улучшилась. Это связано с началом военного конфликта на Ближнем Востоке и перекрытием Ормузского пролива, которые привели к резкому сокращению глобального предложения энергоресурсов и ряда других сырьевых товаров и, соответственно, повышению цен на них, а также локальному смягчению американских санкций против российской нефти, загруженной на танкеры. Уже в марте средняя цена Urals поднялась до $77/барр., а стоимостный объём экспорта увеличился на 15,8% (г/г) (к марту прошлого года) и на 37% (м/м) (к февралю). Даже с учётом ускорения роста импорта товаров (16,8% г/г), это способствовало увеличению профицита торгового баланса и сальдо счета текущих операций. Так, из общего объема положительного сальдо счета текущих операций в I квартале 2026 г. (12,2 млрд долл.) основная часть (10,6 млрд долл.) пришлась на март, тогда как в январе-феврале оно было околонулевым (1,7 млрд долл.). Дальнейшая перспектива внешнеторговых показателей будет зависеть от сроков разрешения конфликта на Ближнем Востоке и восстановления прежних условий поставок энергоресурсов, удобрений, алюминия и т.д. из стран Персидского залива. То есть если риски «схлопывания» профицита счёта текущих операций до близких к нулю значений и существовали в начале года, то теперь прогнозы заметно улучшились. Так, если в февральском макропрогнозе (до начала войны США и Израиля с Ираном) ЦБ ожидал среднегодовую цену Urals в этом году $45/барр. и сокращение сальдо счёта текущих операций до 10 млрд долл. против 41 млрд долл. в 2025 г., то уже в апрельском прогнозе он повысил оценку среднегодовой Urals на 2026 г. до $65/барр. и прогноз сальдо счета текущих операций до 72 млрд долл. (это выше, чем значения с 2023 по 2025 г.). (продолжение в следующем посте)