На двух верхних диаграммах показаны мировые рынки облигаций за 2024 год (слева) и 2014 год (справа). США обладают крупнейшими в мире рынками облигаций, занимая около 40% мирового рынка как в 2014, так и в 2024 году. Однако интересно отметить, что доля мировых рынков облигаций, базирующаяся в Китае, резко возросла за последние 10 лет, с 7% до 17,3%. Этот взрывной рост задолженности в Китае является одной из проблем, преследующих китайскую экономику: заимствования использовались для стимулирования экономического роста в течение последнего десятилетия, но ряд этих строительных и девелоперских проектов не увенчался успехом, и теперь наступает срок погашения долга. На двух нижних диаграммах показано распределение мировых фондовых рынков в 2014 и 2024 годах. Примечательно, что в 2014 году на американские фондовые рынки приходилось 37,8% мировой рыночной капитализации, но к 2024 году эта доля выросла практически до половины всей мировой рыночной капитализации. Американские инвесторы привыкли к идее роста фондовых рынков: остальной мир - нет. Но эти цифры поднимают вопрос: если США доминируют на мировых рынках облигаций и акций, как же компании в остальном мире привлекают деньги, когда они им нужны? Ответ - «банки». Иными словами, американские компании гораздо чаще подвержены влиянию оценок внешних инвесторов, поскольку они видят, какую ценность эти инвесторы придают компании на фондовом рынке и при выпуске новых облигаций. В остальном мире более распространённым является «банковско-ориентированное» финансирование компаний, при котором компания имеет давние отношения с одним или несколькими банками в качестве способа получения капитала. А вот у России, скорее, «собственный путь». Это не американский путь, когда компании массово выходят на биржу. И это не путь Европы и Азии, когда расширение (инвестиции) происходит за счёт банковских кредитов. Российский путь – инвестиции за собственные средства предприятий, а также бюджетное финансирование (льготные госкредиты, авансовые платежи, а в последнее время – и национализация).