Proeconomics

(продолжение предыдущего поста) Доцент Финансового университета при Правительстве РФ Николай Яременко: ЦБ исходит из жёсткой реальности: экономика сейчас уперлась в «потолок» производственных мощностей и кадровый дефицит. В такой ситуации дешёвые кредиты не создадут новые станки мгновенно, но создадут избыточный спрос. Предприятия начнут конкурировать за одних и тех же рабочих, задирая зарплаты выше роста выработки, что приведёт лишь к новому витку инфляции, а не к росту эффективности. Для автоматизации и роботизации бизнесу нужны не просто «дешёвые деньги», а длинные горизонты планирования. При высокой инфляции долгосрочное планирование невозможно — никто не знает, сколько будет стоить обслуживание робота через три года. Возможен ли рост производительности при дорогом кредите? Да, но через другие механизмы: оптимизация логистики и управления, не требующая закупки миллиардного оборудования. Прибыльные компании в условиях дефицита кадров направляют нераспределенную прибыль в автоматизацию, чтобы снизить зависимость от дефицитных людей. Позиция ЦБ заключается в том, что «заливание» экономики деньгами при нехватке рабочих рук даст рост цен, а не рост выпуска. Рост производительности в условиях жёсткой денежно-кредитной политики возможен, но он будет идти по пути вытеснения неэффективных игроков и концентрации ресурсов у тех, кто способен внедрять технологии даже при дорогом капитале. Главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА» Антон Табах: Рост производительности труда обеспечивается разными подходами. Для более рачительного отношения к труду или же стимулирования лучшей организации производственных процессов «дорогие деньги» - стимул. Но для роста производительности труда требующих обновления оборудования и закупок технологий - это барьер. Не всегда прямой - до 80% инвестиций обеспечиваются собственными средствами предприятий. Но при выборе между «оставить на депозите» или «вложить в новое оборудование» высокие ставки не способствуют инвестициям в основной капитал. Управляющий партнер HR-агентства А2 Алексей Чихачев: Связь, безусловно, есть: доступность кредита влияет на инвестиции в оборудование, технологии, автоматизацию и роботизацию. Но позиция Банка России сейчас в том, что ускорять экономический рост за счёт дешевых денег опасно, если это, прежде всего, разгоняет цены, а не реальную эффективность. Этот тезис Эльвира Набиуллина прямо обозначила 25 марта 2026 года, а до этого Банк России уже указывал, что рынок труда в стране остаётся жестким, а рост зарплат всё ещё опережает рост производительности труда. Одновременно 20 марта 2026 года регулятор снизил ключевую ставку до 15%, но сохранил осторожный курс на возвращение экономики к сбалансированному росту. Заметный рост производительности труда в России возможен и при жёсткой ДКП, но он будет идти не через массовое наращивание найма, а через более точечные инвестиции и внутреннюю перестройку компаний: автоматизацию отдельных функций, пересборку процессов, повышение требований к качеству управленцев и более эффективное использование существующих команд. С точки зрения рынка труда, главная проблема сегодня не только в стоимости денег, но и в дефиците людей, компетенций и управленческой эффективности. Поэтому для бизнеса рецепт сейчас такой: не ждать дешёвых денег, а учиться расти за счёт производительности каждого сотрудника, иначе даже при более мягкой денежно-кредитной политике эффект может уйти не в рост выпуска, а в дальнейшее давление на зарплаты и себестоимость. (продолжение в следующем посте)