Proeconomics

(продолжение предыдущего поста) Доцент РАНХиГС, экономист Сергей Хестанов: Некоторый рост инфляции в начале 2026 года предопределен повышением НДС. Опыт 2019 года, когда НДС тоже был повышен на 2% , говорит о том, что проинфляционный эффект от повышения НДС будет длиться около квартала. Похоже, при прочих равных условиях, тренд снижения инфляции и ключевой ставки, скорее всего, продолжится. На некоторое время возможен даже уход инфляции ниже таргета ЦБ. Но ожидаемое осенью 2026 года повышение тарифов вновь ускорит инфляцию, что потребует и некоторого ужесточения ДКП. Пока же текущая динамика инфляции не противоречит прогнозам ЦБ о достижении уровня инфляции в 4-5% на конец 2026 года. Естественно, при отсутствии значимых внешних шоков. Главный экономист Института экономики роста им. П.А. Столыпина Борис Копейкин: Темп уже набран такой, что цель ЦБ выглядит практически недостижимой. Хорошо, если рост цен не будет выше, чем в прошлом 2025 г. Само повышение ставки НДС на 2%, конечно, уже в значительной мере отыграно. Но эффекты, связанные с ростом нагрузки на малый бизнес, в результате и снижения порога уплаты НДС, и повышения страховых взносов только начинают проявляться. На фоне сокращения инвестиций ждать роста предложения в экономике в целом тоже вряд ли стоит. Это означает, что нас ожидает крайне вялая экономическая динамика и постоянный риск отставания предложения от спроса. Одновременно издержки производителей продолжают расти на фоне роста зарплат и тарифов монополий, что создает предпосылки для сохранения инфляции на повышенном уровне в длительной перспективе. Инвестиционный аналитик, основатель финансового проекта Finbazar Владислав Никонов: Рост инфляции в декабре-январе служит сигналом для рынка: он говорит о том, что процесс снижения цен практически замедлился или приостановился. Иными словами, рынок понимает, что дезинфляция происходит медленнее, чем ожидалось. Это означает, что процентные ставки, вероятно, останутся на высоком уровне дольше, чем изначально предполагали инвесторы. Такое изменение ожиданий объясняет и взвешенное решение Центрального банка, который действует аккуратно, стараясь сбалансировать риски. Влияние этого на инвестиционные решения заметно: снижается общий "аппетит к риску". Инвесторы реже покупают акции компаний, характеризующихся высоким ростом, а также бумаги с большим долгом, которые требуют дорогого обслуживания. В результате увеличивается популярность более безопасных и стабильных активов: вкладов, государственных облигаций (ОФЗ) и корпоративных облигаций, которые становятся основой большинства инвестиционных портфелей. Кроме того, растёт интерес к так называемым "хедж-стратегиям" — защитным активам. Среди них золото, валютные инструменты, равнозначные валютам, а также некоторые альтернативные активы, например, фонды недвижимости. Всё это активно используется в качестве защиты от инфляционного давления и как способ "пересидеть" текущую турбулентность рынка, избегая убыточных ситуаций. В то же время, деньги всё чаще уходят в краткосрочные финансовые инструменты: инвесторы предпочитают ликвидность и короткую дюрацию (чтобы быстрее реагировать на изменения ситуации), поскольку неопределённость с дальнейшей траекторией инфляции и процентных ставок остается высокой. Это свидетельствует о желании сохранить гибкость и иметь возможность быстро реагировать по мере необходимости.