Proeconomics

(продолжение предыдущего поста) Зампред комитета ГосДумы по экономической политике Михаил Делягин: По официальной статистике, «плохие» долги людей и компаний, хоть и растут, недостаточны для создания значимых проблем для банков, зарабатывающих головокружительные сверхприбыли на финансовых спекуляциях и мало заинтересованных поэтому в нормальном развитии экономики. В то же время эта статистика, насколько можно судить, существенно приукрашивает положение дел для успокоения управляющей системы и общества, так как учитывает только просрочку обязательств от 3 месяцев. Значимое прекращение платежей по кредитам людьми сейчас возможно из-за резкого ухудшения экономической конъюнктуры в 2026 году из-за усиления фискального и административного давления на экономику, и так изнемогающую от произвола монополий и запретительно дорогого кредита. В то же время банкротство физлица означает, например, возврат ему проданной в течение последних трёх лет квартиры, на фоне последствий чего массовое применение «схемы Долиной» может стать мелким недоразумением. Директор Центра развития региональной политики Илья Гращенков: Цифры ЦБ шокируют: 50 млн россиян в долгах, каждый третий трудоспособный - злостный должник. Рост на 7 млн за два года - это не экономический подъём, а кредитная подушка для выживания на фоне инфляции. Фактически, мы наблюдаем массовую потерю финансовой устойчивости домохозяйств. Политический риск здесь трансформируется. Это уже не абстрактная макростатистика, а миллионы конкретных избирателей, лишённых перспектив, с запретом на выезд и под давлением коллекторов. Их социальная фрустрация может стать мощным фактором нестабильности. Власти в ловушке: ЦБ душит инфляцию высокой ставкой, усугубляя долговое бремя, а правительство не имеет ресурсов для массового списания долгов. Упор делается на технические меры: ужесточение выдачи новых кредитов и развитие процедуры банкротства как «клапана». Это лечит системные риски для банков, но не решает социальную проблему. Кризис неплатежей уже не угроза, а данность. Он будет долгим и эрозивным. Его главным последствием может стать не финансовый коллапс, а глубокая социальная апатия и потеря доверия у критической массы населения, живущей в состоянии перманентной долговой кабалы. Это фундаментальный вызов социальному контракту.