Proeconomics

Хочется присоединиться к самой актуальной теме нашего рынка - батлу банков и маркетплейсов. В российской экономике сформировался уникальный финансовый парадокс: операционно убыточные маркетплейсы владеют сверхприбыльными банками. На первый взгляд, цифры выглядят аномально. Убыток маркетплейса Ozon за 2024 год составил 81,6 млрд рублей (+55% г/г), в то время как прибыль его Ozon Банк выросла на 129%, достигнув 26,4 млрд рублей. Аналогичная взрывная динамика у WB Банка, который вырос фактически из воздуха: с 0,1 млрд до 42,1 млрд рублей за два года. Причина такой диспропорции кроется в механике ценообразования и перекладывании издержек на селлеров. В Ozon Банк заявляют, что оплачивают скидку при оплате по их карте из собственных средств. Однако в замкнутой экосистеме, где эмитент карты и эквайер — это одно лицо, классическая схема кэшбэка не работает. Источник скидок — это комиссии, которые взымаются с продавцов. За последние 6 лет Wildberries поднял базовые комиссии с 6–15% до 30–35% в ряде категорий, а Ozon только в 2025 году увеличивал ставки 6 раз. Про отношение продавцов к площадкам можно все понять из этого опроса - видно, что большинство проголосовавших на стороне банков и за снижение комиссий. Механизм работает как скрытый налог: маркетплейс повышает комиссию -> продавец вынужден поднимать розничную цену, чтобы сохранить маржинальность -> маркетплейс предлагает покупателю скидку через свой банк, возвращая цену к якобы рыночному уровню. Фактически, маркетплейсы пытаются вручную управлять инфляцией, для чего диктуют условия поставщикам и принуждают покупателей переходить на свои финансовые инструменты. Если говорить юридическим языком, это вообще-то называется «монопольная позиция» в приоритизации оплаты. Кроме того, такая практика создает системный риск. Капитал банков маркетплейсов формируется за счет денежного потока материнских компаний, которые сами по себе остаются убыточными (например, у Ozon с 2015 года суммарные убытки составляют около 267 млрд рублей). В случае кризиса ликвидности у материнской структуры докапитализировать банк будет нечем. В итоге происходит формирование самой настоящей серой зоны. Маркетплейсы пропускают через себя 16% всей розницы (более 8 трлн рублей), де-факто выполняют функции банков и налоговых агентов, но без соответствующего надзора. Как справедливо заметил Герман Греф, из-за отсутствия регулирования и специфической системы скидок бюджет недополучает 1,5 трлн рублей в год налогов, а физический ритейл сталкивается с нерыночной конкуренцией.