Proeconomics

Глава Сбера Герман Греф сообщил о сокращении 20% «неэффективных сотрудников» с помощью ИИ. С начала года Сбер сократил около 15 тыс. сотрудников. Широкое внедрение ИИ может ли привести к масштабным сокращениям в российских компаниях? Где эти люди будут искать новую работу, не вызовет ли это огромные проблемы на нашем рынке труда? Ответы экспертов в рубрике #опросы Николай Яременко, доцент Финансового университета: Сокращение 15 тысяч сотрудников Сбера при прямом участии ИИ, о чем заявил Герман Греф, является мощным сигналом для всего российского рынка труда: эра масштабной ИИ-оптимизации началась. Да, широкое внедрение ИИ может привести к сокращениям, особенно в секторах, где преобладает рутинный когнитивный труд: банки, телеком, бухгалтерия, юриспруденция, административный персонал и контакт-центры. Это не одномоментный «кадровый взрыв», а постепенный, но неуклонный процесс, обусловленный экономикой эффективности. Проблемы на рынке труда неизбежны, но они будут носить характер структурной безработицы и необходимости переквалификации, а не массового дефицита рабочих мест. Сокращённые сотрудники будут вынуждены переходить в области, которые ИИ пока не может заменить: креативные индустрии, сферы услуг, образование (переквалификация), уход за людьми, а также в рабочие и технические специальности (монтаж, ремонт, строительство), где спрос стабильно высок, а ИИ выступает лишь вспомогательным инструментом. Внедрение ИИ одновременно создает спрос на новые роли: операторы и верификаторы систем ИИ, дата-сайентисты, специалисты по интеграции и обучению нейросетей. Для предотвращения серьёзного социального кризиса необходимы масштабные государственные программы переобучения (рескиллинга), ориентированные на высокотехнологичные и сервисные сектора. Без этого темпы сокращений могут значительно превысить темпы создания новых, требующих высокой квалификации, рабочих мест. Таким образом, ИИ уничтожит старые рабочие места, но создаст новые. Главная проблема рынка труда — разрыв в компетенциях, который потребует от миллионов россиян быстрой и часто болезненной адаптации. Генеральный директор ЦСП «Платформа» Алексей Фирсов: В чисто математическом смысле давать прогнозы сложно: с одной стороны, сокращения действительно происходят, с другой — становится очевидно, что вокруг ИИ сейчас сформировано слишком много завышенных ожиданий. Можно предположить, что 20-процентное сокращение в Сбере было бы возможно и без ИИ: в структурах такого масштаба почти всегда можно оптимизировать штат без ущерба для процессов. Показательный пример — Газпром, который сократил примерно те же 20% аппарата без всякого ИИ, и ничего критичного не произошло. Одновременно мы видим и обратную тенденцию: ИИ способен не только заменять, но и создавать новые направления и рабочие места. То есть речь идет не о «чистой» математике сокращений, а скорее о перераспределении функций и замещении одних ролей другими. Хотелось бы понимать яснее, кого и за счёт каких процессов заменяет ИИ. Пока в публичной плоскости фигурируют только сухие цифры — без объяснения механизмов, критериев и без уверенности, что речь действительно идет об ИИ, а не просто о традиционной цифровизации и оптимизации. (продолжение в следующем посте)