Proeconomics

Стоимость российского сорта нефти Urals опустилась ниже $40 за баррель – до $36-38, по данным Argus. Способен ли российский бюджет и российская экономика существовать при такой цене нефти, если она останется надолго? Ответы экспертов в рубрике #опросы Главный редактор «Нефти и Капитала» Владимир Бобылев: Это происходит уже не первый раз, и если раньше такое могло вызвать панику, то теперь реакция более сдержанная и привычная. Как правило, эти провалы временные, и через какое-то время Urals возвращается к прежним значениям. Проблема, скорее, не в локальных падениях, а в целом в затяжном периоде низких цен на нефть и последовательной борьбе Запада за снижение доходов России от экспорта нефти. И, судя по сокращению доходов в бюджет от нефтегаза, кое-что получается. Заместитель председателя комитета по экономической политике ГосДумы Михаил Делягин: Данные британской фирмы Argus нельзя использовать при оценке цены российской нефти, как об этом говорят специалисты уже много лет, потому как она оценивает российскую нефть по поставкам, которые на практике не осуществляются. Однако Минфин с упорством либерала продолжает использовать именно эти данные, вызывая глумление участников рынка. Автор телеграм-канала «Реальный сектор», экономист Олег Петров: Индийские, китайские и остальные игроки просто не понимают, как быть, поэтому стали осторожнее. Соответственно, они отказываются сейчас от российской нефти, её цена рухнула вниз. Такая реакция может продолжаться, думаю, до конца нынешнего года. Насколько критична такая цена? Очень неприятная ситуация, потому что у нас и без того дефицитный бюджет, денег, как мы понимаем, не хватает, а доходы от нефтегазового экспорта сильно упали. Полагаю, что в ныне принятый проект федерального бюджета уже вносятся корректировки в сторону сокращения расходов. По сути, такая цена - цена выживания российской экономики. Она может достаточно долго прожить, но на неё давят и военные расходы, и социальные расходы. В ближайшие полтора-два месяца надо пережить эти низкие цены. Пока это острая реакция рынка на санкции, рынок не понимает, что делать. Мы же понимаем, что ни Ближний Восток, ни Латинская Америка, ни Северная Америка добычу не нарастят. Там тоже есть пределы увеличения её объемов. Генеральный директор ЦСП «Платформа» Алексей Фирсов: Адекватной стоимости расчета цены российской нефти сегодня не существует. Уровень условности крайне высокий ввиду многоступенчатости торговли этим товаром. Поэтому обсуждать, насколько выдержит бюджет такой дисконт, мы не можем. Рынок нефти вообще устроен так, что если выпадает какой-то объём российской нефти на отдельном рынке, например, европейском, то она замещается поставками из Ближнего Востока (к примеру), значит, российская нефть начинает замещать арабскую на другом направлении. И супердисконта здесь не возникает, хотя издержки растут.