Пришвин

Открыл занавеску, загасил лампу. В бору еще остался, как весной, пятнами снег и основания деревьев окутаны белеющим паром. Невозможно бы узнать, весна это или осень, если бы не память и особое чувство осенней принижающей безнадежности вместо весенней подымающей бодрости. Мы теряемся, как стволы деревьев в тумане, перед грядущим, возможно, ужасным и унизительным. Особенно всем жутко вспомнить, что в программе фашистов будто бы есть цель уничтожения славян... Пусть, пусть! Только бы поскорее открылась завеса, скрывающая от нас правду той стороны. И вот мне чудится, что как бы ни был немец велик своими победами, меня лично и вообще личного русского ему никогда не победить. Пройдет немного десятилетий тесного соприкосновения русских с немцами, и скрытно умный стерегущий глаз русского человека, устремленный на немца, заискрится внутренним смехом. 21 октября 1941