Пришвин

Первый мороз. Всегда об этом первом морозе говорят «сильный». – Мороз! – говорит один. И другой отвечает непременно: – Сильный мороз! А всего минус один. Солнце врывается в лес белыми снопами. Тени лесные ложатся на луг, и в этой тени мороз сохраняется: тени на лугу от мороза белые, и от кочек, и от всего тени белые. На поле картошку копают. Воздух бодрый, и вкусный, и звонкий. Раньше, бывало, такой чудный день утром я прячу в себя, сам же сажусь, крепко сажусь и начинаю писать. А теперь я говорю себе: – Вот еще! буду я терять такой день, немного их таких теперь мне осталось. Это значит, пришло мое время, лет мне много, силы падают, я падаю и дорожу своим днем для себя: я стал, как сухой лист. Так мы падаем, и не оттого ли с таким вниманием прислушиваешься и спрашиваешь себя: «Что это? лист потек после мороза и падает, или на солнце мороз обдался росою, и капли по сухим листам стучат?» 28 сентября 1951