В эти дни православное информационное пространство наполняется мыслями о том, что якобы пост уже отжил своё. Что это некое «средневековое занятие», совершенно несвойственное современному человеку. К посту начинают относиться пренебрежительно, с высокомерием: «Мол, постятся одни фарисеи. А мы, люди, давно пребывающие в Церкви, понимаем, что пост на самом деле не так важен – важна любовь». И далее следует классическое выражение: «Лучше есть мясо, чем есть ближнего своего»… Каждый раз, когда видишь это, в сердце отзывается боль. Честно говоря, я не понимаю, почему вдруг та добродетель, то величайшее оружие, которое веками испытано в Церкви, стало так пренебрегаемо среди христиан. Вы знаете, мы, наверное, потихоньку дрейфуем в ту сторону, куда уже давно ушли некоторые протестантские деноминации, утверждающие, что пост – это не главное, а важен лишь «духовный пост». Что же такое «духовный пост» по их словам определить трудно. Но к чему это привело на самом деле? К тому, что само Причастие Тела и Крови Христовых стало восприниматься тоже «духовно». То есть это не настоящие Тело и Кровь, а некое воспоминание, нечто умозрительное. Это привело и к тому, что пострадал институт брака: во многих таких странах считается, что и брак можно воспринимать «духовно». Можно якобы любить жену, но при этом ей изменять. Ведь измена – это нечто телесное, а тело «не так важно», главное – «любовь». Понимаете, к чему это приводит? Если так будет развиваться и дальше, человек потеряет ориентир. Этому очень радуется враг, видя, как современными христианами пренебрегается величайшее оружие. Понятно, что сейчас такое время, когда мы достаточно слабы здоровьем и не все можем выдержать пост во всём его объёме. Часто приходится его нарушать, особенно если человек болен или находится в обстоятельствах, где физически невозможно поститься. Конечно, гораздо лучше, допустим, съесть мясной бульон, если человек болен, чем горстями пить таблетки и тратить на это деньги. Это понятно, но всё равно нельзя воспринимать нарушение как нечто должное. Оптинские старцы – это сохранилось в их письмах – были очень строги в отношении к посту. Известно, что преподобный Амвросий, будучи совершенно немощным и больным, когда ему по необходимости предлагали вкусить в Великий пост небольшую рыбку, ел её со слезами. Так же, когда к старцу Макарию Оптинскому обращались с просьбой разрешить послабление в посте, он отвечал примерно так: «Кто я такой, чтобы изменять церковные правила? Я могу лишь прочитать вам покаянную разрешительную молитву, когда вы придёте на исповедь каяться в нарушении поста, но не более». Если мы где-то и нарушаем пост, то это всегда должно восприниматься как то, что мы сами у себя что-то отнимаем. Естественно, любой пост сам по себе – ничто. Это как завести машину на холостых оборотах и никуда не ехать: выхлопной газ будет только раздражать окружающих. Но совершенно очевидно: если машину не завести, она, при всём желании, никуда не поедет. Поэтому так или иначе, но поститься придётся. иеромонах ДАНИИЛ (Михалев), настоятель Успенского подворья Оптиной пустыни в Санкт-Петербурге @prichodru Постимся постом приятным, благоугодным Господеви! Публикация великопостного номера газеты «Оптинский листок» ❤️🔥