Преемник

Правительственная комиссия по законопроектной деятельности одобрила инициативу Минтранса о создании единого оператора транспортной безопасности. Новая структура возьмёт под защиту аэропорты, вокзалы и порты смешанного типа — объекты с разными собственниками, но на одной площадке. Законопроект разработан по поручению вице-премьера Виталия Савельева — по итогам майского совещания 2025 года по защите Керченского перехода. Надзор за оператором закреплён за Ространснадзором. Для министра транспорта Андрея Никитина это прямое расширение ведомственного влияния: именно Минтранс совместно с ФСБ и МВД будет выбирать оператора. Глава Ространснадзора Виктор Гулин тоже в выигрыше — его служба получает новую надзорную функцию над структурой федерального масштаба. Отдельного внимания заслуживает фигура самого Савельева: вице-премьер входит в ближний круг группы Ротенбергов, исторически активных в инфраструктурных проектах с госучастием. Не исключено, что они проявят интерес и к новому оператору. Полномочий главным образом лишится ФГУП «УВО Минтранса». Парадокс: инициатор реформы — Минтранс, а теряет его собственная подведомственная структура, которая сейчас и держит инженерно-техническую инфраструктуру безопасности на тех же Керченском переходе и аэропортах. Войдёт ли УВО в нового оператора или просто уступит место — еще предстоит решить. Также влияние потеряют отраслевые операторы на «смешанных» объектах. Крымский мост — наглядный пример того, как это работает сейчас: автодорожную часть и подходы к ней охраняет «Упрдор Тамань», железнодорожную часть и крымский подход — ФГУП «Крымская железная дорога», подход со стороны Краснодарского края — Северо-Кавказская железная дорога (филиал РЖД). Три структуры, три контура управления, три отдельных бюджета — и ни одной точки единого командования. Именно это и стало формальным поводом для реформы. По той же схеме устроены крупные аэропорты и портовые комплексы, где аэровокзал, перрон, грузовой терминал и прилегающая инфраструктура могут принадлежать разным юрлицам. Каждый собственник закрывает свой периметр безопасности — и между зонами ответственности неизбежно возникают дыры. После реформы все эти игроки на объектах «смешанного типа» лишаются самостоятельной роли в транспортной безопасности: единый оператор принимает на себя их полномочия субъекта транспортной инфраструктуры и становится единственным ответственным лицом. Что будет с их нынешними контрактами и персоналом на текущий момент не конкретизировано. Отдельно стоит проанализировать динамику влияния главы Росгвардии в целом и ее главы Виктора Золотова в частности. На сегодняшний день ее подразделения являются одним из двух игроков, которые осуществляют охрану периметров аэропортов (второй — ведомственная охрана самого Минтранса). После реформы Росгвардия формально не вытесняется, но потеряет гарантированную позицию. Теперь единый оператор сам будет решать, кого брать субподрядчиком. Безусловно, это может быть Росгвардия. А может и не быть. @Preemnik