Беспощадный пиарщик

Девочки, читатели тут показали прекрасное. Оказывается, 25% замороженных русских активов не могут нигде найти вот уже который месяц. Предположительно, они «исчезли в Дании». Так сказать, залегли на дно в Копенгагене (или, как сказал бы наш любимый читатель, в Попенгагене). В связи с этим от журналистов в Европарламент поступили еще в октябре того года вопросы: Так мол и так, где 25% русских денег? Не исчезали ли они, случаем, в каких-то других еще странах? И не помешает ли это всё платить репарации Украине? Собственнно, выдержка из запроса: целых 25 % — замороженных российских активов, включая активы, принадлежащие приближённым Владимира Путина и представителям его олигархического окружения. Речь идёт как о финансовых средствах, так и о материальных активах — в том числе о тысячах тонн российской стали. Хотя в отдельных случаях могут существовать законные основания для размораживания средств, показатель в 25 % выглядит поразительно высоким. Он несёт в себе риск подрыва санкционной политики ЕС в отношении России и одновременно осложняет оказание поддержки Украине. Ответ Европарламента пришел уже в январе. И он прям ошеломляюще прекрасный. Смысл его, девочки, в том, что 25% — это всякие там утряски рынка, падение стоимости акций, а сталь? Ну какая сталь? Господь с вами…: При оценке стоимости замороженных активов следует учитывать, что для отдельных их категорий — в частности, ценных бумаг — характерна высокая чувствительность к рыночным колебаниям, которые могут существенно влиять на их стоимость. Одновременно санкционные режимы ЕС предусматривают ряд исключений (дерогаций). В тех случаях, когда национальные компетентные органы принимают решение о выдаче соответствующего разрешения, совокупная стоимость замороженных активов уменьшается. Таким образом, колебания в общем объёме замороженных средств не обязательно указывают на «исчезновение» денежных средств. Чаще они отражают последствия рыночной динамики, а также предоставление разрешений на высвобождение средств в рамках предусмотренных дерогаций. В общем, девочки. Два варианта. Либо деньги безвозвратно спизжены, либо тайком вернулись в Россию. Во что, честно говоря, верится с трудом. Но так, глядишь, к какому-нибудь 2030 году окажется, что от замороженных российских активов после рыночных утрясок останется 50%, а к 2040-му — и вовсе ноль.