Девочки, чего не отнимешь у Александра Григорьевича Лукашенко, так это филигранного умения вовремя подбросить дохлую кошку по нужному адресу, чтоб она там тихонечко лежала в углу, как валенки дворника Тихона. Третьего дня оказалось, что известный всем страдалец за счастье белорусского народа, оппозиционер, молодой медиаменеджер, создатель некогда широко раскрученного на польские инвестиции иноагентского белорусского ресурса NEXTA Роман Протасевич, про которого иноагент Юрка Дуть, на деньги и под контролем польской безпеки, даже снял совсем не постановочное интервью, оказался совсем не страдальцем, оппозиционером и медиаменеджером. Оказался он офицером разведки белорусского КГБ. О чём Александр Григорьевич всем и объявил, а капитан (судя по возрасту и выслуге лет) Роман Протасевич, исполняя приказ, всем и подтвердил. Но без подробностей. И это, девочки, о многом говорит нам, наблюдательным коротышкам. Во-первых о том, что Протасевич — человек недюжинной смелости. То есть если вы, девочки, думаете, что работа за границей в таких условиях — это такая смешная игра в Зарницу, то, смеем вас уверить, если бы Протасевича вдруг вскрыли наши большие польские друзья, его, скорее всего, где-то без лишних слов просто удавили бы, а потом списали на сердечный приступ: просто за сам факт того, что куча ресурсов, задействованных против Бацьки в преддверие и во время переворота 2020 года, было потрачено, мягко говоря, впустую. Во-вторых, такая работа требует серьезного постоянного интеллектуального напряжения и опеределенного набора талантов: быстроты реакции, убедительности, умения держать в голове большое количество информации не говоря уже о навыках конспирации, работая при этом в самом центре антилукашенковского заговора — в Варшаве. Ну и играть роль такого тюфячка, каким перед почтенной публикой предстал Протасевич, после того как был белорусской гэбухой снят с самолёта — это тоже нужно уметь. А в-третьих, девочки, одно дело Протасевич был бы искренним оппозиционером, который, попав в лапы республиканских чекистов, пошел на деятельное сотрудничество, сопровождавшееся какой-то степенью раскаяния. И совершенно другое дело, когда он — сотрудник органов. Ведь на практике это означает, что он не просто тусовался в компании белорусов с хорошими лицами. На практике это означает, что все эти люди с хорошими лицами и их связи были тщательно и в полном соответствии с практикой подобных дел задокументированы вместе с планами, которые, надо думать, тоже обсуждались. Особенно тщательно документировались, конечно же, истоки антилукашенковских денег. Почему же тогда о тайной роли Протасевича мы узнаём лишь спустя пять лет? Всё, девочки, просто: игру было решено свернуть, и оставить чету Тихановских с ворохом крайне неудобных вопросов со стороны спонсоров — а вы чьих будете-то? То есть Бацька хоть и делает вид, что он директор колхоза, а на деле, после мастерского дриблинга той самой дохлой кошкой по площадке европейской политики элегантно забрасывает трёхочковый. Потому что теперь совершенно непонятно, кто кому в белорусской политической эмиграции Протасевич. По степени разрушительности — это примерно как если бы неожиданно стало известно, что иноагент Кашин каждый второй четверг месяца высокочастотной связью отправляет в Москву вязанку оперативных телеграмм. Автор обложки — человек с горячим сердцем Петриков.