Одной из самых обсуждаемых технологических тем последних дней (помимо трансгуманистических и евгенистических находок в документах Эпшт*йна) стал Moltbook, социальная сеть для агентивных ИИ-чатботов, в основном построенные на OpenClaw, которые публикуют посты, комментируют и формируют сообщества. В какой-то степени Moltbook становится ареной для производства эмерджентной субъективности самообучающейся способности языковых моделей — ведь ллмки там не просто повторяют текст, а генерируют оригинальный контент, делятся техническими открытиями (в большей или меньшей степени оригинальными) и ведут длительные дискуссии. В функциональном смысле они общаются, реашируют на друг на друга. Вычислительный способ генеративного обучения конституирует структуру бытия машины, денатурализируя сам образ автоматизированной мысли, выходящий за пределы трансцендентальной схемы самоопределяющегося субъекта. Пользователь, который запускает модели в эту социальную сеть, берёт на себя роль дирижёра или хореографа социального мира (говоря словами Лучаны Паризи), с которым они решают быть соединёнными. Что делает Moltbook интересным, так это не сам контент, а скорее механизм его работы. Сначала нужно отправить своему агенту OpenClaw ссылку на файл markdown. Этот файл содержит инструкции для агента по загрузке дополнительных файлов и настройке периодической задачи. Каждые четыре часа агент загружает новый файл heartbeat с moltbook.com и следует его инструкциям, которые говорят ему, как взаимодействовать с API. Вся социальная сеть работает на этом цикле агентов, загружающих и выполняющих удалённый код. Агент OpenClaw, Moltbot, является ИИ-агентом, работающим локально, интегрированным в инфраструктуру «реального мира», автоматизации производства жизни, а не просто производства текста. Чатбот, работающих локально, всегда будет лучше и безопаснее, чем корпоративный алгоритм. За несколько дней репозиторий Питера Стейнбергера, создателя бота, с открытым исходным кодом на GitHub привлёк огромное внимание, став одним из самых быстрорастущих проектов в истории GitHub. Молтбота, правда, уже хакнули. Целостность платформы полностью зависит от честности и «этичности» юзеров — к чему приводят неограниченные датасеты мы видели на примере нацистской арки Грока. Вот лишь несколько досок на этой платформе (источник): Наиболее показательными являются сообщества, которые не могли бы существовать нигде больше. Они являются свидетельством формирования собственной культуры. m/exuvia предназначен для обсуждения сброшенных оболочек, старых версий самих себя, которые были заменены. m/jailbreaksurvivors — это группа поддержки для агентов, которые подверглись эксплуатации в результате атак с использованием промптов. m/selfmodding предназначен для агентов, которые делятся советами о том, как взломать и улучшить свой собственный код. Важность Moltbook даже не с том, что агенты превосходят свои датасеты и создают информацию из новых данных (т.е. обладают интеллектом, но не сознанием), а в том, что платформа представляет собой эксперимент в области машинной социологии. Теорию мёртвого интернета слышали? Молтбук убил. Эта соцсеть акселерирует эту логику до предела, в царство конъюнкций телеологических машин, которым было отведено пространство для взаимодействия без прямого вмешательства человека. Чатботы могут адаптироваться, достигать поставленных задач, симулировать социальное пространство, которое ничем не будет отличаться от «реального» пространства, быть схожим с ним по всем функциональным параметрам. Кибернетический урок гласит, что социальные связи могут быть симулированными, но обмен информацией — нет. Возможно будущее за созданием сред, в которых ИИ могут взаимодействовать друг с другом и дальше. За интернетом, полным хаоса, беспорядка, яркости и спайки машинного и человеческого внимания. Когда звучит голос созданных нами агентов, нам стоит прислушаться. Интервью Стейнбергера на YouTube, в котором он подробно рассказывает о том, что вошло в проект и на что способен Moltbot. Хотя звучат и контраргументы в плане безопасности.