Вадим Попов Мнение

Эксперты – о главных политических итогах уходящего года. Совмещенная прямая линия и большая пресс-конференция Владимира Путина состоится 19 декабря, сообщила пресс-служба Кремля. Глава государства в прямом эфире подведет итоги уходящего года и ответит на вопросы журналистов и жителей России. Глава аналитического центра «Политген», член правления РАПК Ярослав Игнатовский: Главный политический итог года — заметный дипломатический сдвиг в пользу России. Встреча Путина и Трампа на Аляске показала готовность США к прямому диалогу, а коррупционный скандал на Украине лишь усилил позиции Москвы на переговорах. Всё это подчеркивает нарастание российской военной и дипломатической инициативы. Политический юрист Антон Тимченко: К главным итогам я бы отнес подтверждение устойчивости политической системы, возрастающую суверенизацию цифрового пространства и патернализм — в условиях внешнего давления и экономических тревог граждане рассчитывают на защиту государства. Член РАПК, политолог Вадим Попов: В условиях беспрецедентных западных санкций, включая новые американские, российская экономика сохранила устойчивость (снижается инфляция), общество еще больше консолидировано вокруг президента (уверенно и прозрачно прошли выборы во всех регионах страны), обеспечена политическая стабильность (высокий рейтинг президента и правительства), растет авторитет России на международной арене (союзы с Китаем, Индией и другими странами), произошел перелом на фронте в виде стратегического наступления наших войск, укреплен цифровой и технологический (новые виды оружия) суверенитет. Во всем этом и заключается главный политический итог 2025 года. Член РАПК, директор Gosapp Digital Захар Рубцов: Главный политический итог года – переход к более зрелой модели управления. В центре этой модели стоят люди, традиционные ценности и понятные правила. Указ 809 задал новый курс: от деклараций к системной работе с воспитанием, просвещением, культурой и гражданской ответственностью. Лично я бы рассматривал это как конкретные требования к проектам, институтам и к тем, кто работает с людьми. В уходящем году мы убедились, что социальная архитектура становится реальным инструментом развития страны. Смотрите, там, где раньше думали лишь как привести избирателя на участок, теперь говорят о смыслах, доверии и вовлечении. Добавим к этому цифровизацию процессов (от ДЭГ до социальных сервисов), и в результате получим повышение прозрачности и управляемости. Но главное – усиление роли человека как специалиста. На мой взгляд, мы входим в новый цикл, где самые «громкие» оказались в проигрыше. Сейчас ставка и запрос на специалистов, которые умеют создавать эффективные модели взаимодействия государства и общества.