Блог священника Виктора Никишова

Кухня напоминала поле боя, если бы поле боя пахло подгоревшим луком и базиликом. Отец Демагогий начитался греческой философии и всем сердцем рассчитывал применить её на практике. Воздевая поварёшку, как скипетр римского императора, он гипнотизировал картофель. — Нет, ты вдумайся, — бормотал он, обращаясь к мясистому помидору. — Все таскают с собой тарелки, миски, ложки. А Диоген? Увидел мальчишку, который пил воду из горсти, и выкинул свою чашку прочь! Гениально! Минимализм! Прищурившись, он щедро посыпал солью будущую картофельную бабку. Пока что он изучил только Диогена, на другое не хватило времени, но и этого, ему казалось, должно хватить, дабы вознести свой авторитет до уровня, близкого к московскому научному сообществу. — Но это банальщина! Ты знал, что он ходил по рыночной площади с фонарём при полуденном солнце? Все думали — ищет человека. А он, хитрый лис, просто искал скидки и акции! Электричества-то не было, ценники все в тени. А то и в лицо заглядывал и спрашивал: «По закупке продадите?» Те, натурально, крестились и показывали на выход. И ведь информацию донёс! Что торговля — это тьма и скрежет зубовный. Священник задумчиво воткнул нож в морковь. Некоторые знания были усвоены поверхностно, и детали ускользнули из внимания. Но это ведь мелочи… — А его знаменитая бочка? Все думают, что он там отшельничал. Фигушки! Он просто не хотел мыть полы. Бочку перекатил — и весь мусор на середине. Эстетика и экономия сил. Вот бы в храме так… — он мечтательно закатил глаза, представляя, как перекатывает алтарь, чтобы смахнуть пыль в один край. И тут в тишине раздался оглушительный треск. Телефон. Старый, дисковый, орущий так, будто у него отнимают последний драник. Отец Демагогий вздрогнул, облился маслом и схватил трубку, измазав её крахмальным соком. Уровень древнегреческой философии никак не соотносился с дисковыми телефонами из прошлого века, поэтому он держал трубку двумя пальцами, поодаль от уха. — Алло! Батюшка? — раздался дребезжащий голос прихожанина Сидорова. — Батюшка, я чего звоню... У нас же в трапезной окно выбило! Второй день сквозняк, лампадки тухнут, а мне в спину дует так, будто я Карлсон! Нужны срочно деньги на ремонт окна! Или нам теперича в тулупах акафисты читать? Демагогий перевёл взгляд на свою разгромленную кухню, на картофелину, одиноко лежащую на полу, и печально вздохнул. Современная реальность разрушала флёр Средиземноморья. Ни морского бриза, ни смоковницы. Только сквозняк. — Знаешь, Сидоров, — философски протянул он, — Диоген в таких случаях просто перекатывал бочку другим боком к ветру. Но, учитывая, что наша бочка — это каменный храм... В трубке повисла тяжёлая пауза. — Батюшка, вы опять экспериментируете с ладаном? — Нет, я готовил, — горестно ответил отец Демагогий, глядя, как картофельная бабка начинает приобретать цвет антрацита. — Сидоров, — сказал он в трубку. — Диоген бы просто перекатил храм. Но у нас фундамент. Поэтому слушай задачу: плёнка, скотч, молитва. Всё понял? — Понял. — Повтори. — Плёнка… скотч… молитва… — Хорошо. А то я уж думал, ты скажешь «мастер на час». Он повесил трубку. Сэкономленных денег на ремонте окна хватит ещё на книгу о Сократе. И это прекрасно. Отец Демагогий отчётливо ощущал, как он постепенно умнел, пропитываясь древнегреческой мудростью и средиземноморской экономностью.