Пономарева в библиотеке

#суд_разобрался Падение Николая Скарятина Николай Яковлевич Скарятин (1823-1894) — губернатор Казанской губернии. "По всеобщей молве казанской, нигде нет такого похабника губернатора, как казанский Скарятин" - писал богослов Евфимий Малов. Губернатор любил дисциплину. В январе 1878 года Казанское губернское по крестьянским делам присутствие опубликовало брошюру с инструкциями для деревень, в которой говорилось о том, что нужно строить пожарные колокольные башни, преподавать Закон Божий в школах и собирать деньги на содержание церквей. Инструкцию разослали для раздачи сельским старостам, забыв, что в губернии проживает до полумиллиона магометан. Казанские татары не беспочвенно опасались насильственного обращения в христианство. Кое-где старосты просто не решились пересказывать инструкцию. Где-то пытались объяснить, что под церковью понимается мечеть. Но там, где решились, где прошел слух, что все это - подготовка к крещению - начались волнения. Местами крестьян удалось убедить через посредничество мулл. Кое-где били и мулл. Самое крупное восстание началось в деревне Мамся. Тут местные ворвались в здание администрации и два дня удерживали и избивали писаря Илью Завалишина. Почти неделю Мамся не сдавалась властям: чиновников замещали, русских изгоняли, на дорогах поставили охрану. 4 декабря прибыл Скарятин с батальоном в 500 человек. Собрав толпы людей из окрестных деревень и окружив их войсками, он заставил татар встать на колени в снег, ходил среди них, дергал за бороды, бил палками в грудь и по лицу с криками "Я - ваш Магомет! Шкуру сдеру с вас!" "Имею несколько регалий и нашивки за беспорочную службу, и во всю мою долговременную службу не получил простого выговора или замечания, а здесь, уже на склоне дней моих, не пощадили ни заслуги мои, ни лет, ни седины моя", - вспоминал 80-летний татарский солдат (причем лица старше 70 в империи были освобождены от телесных наказаний). Более сотни татар подвергли порке розгами. Губернатор признал применение силы, но был уверен, что поступил правильно, в соответствии с губернским уставом. Начались суды. Но суд переквалифицировал обвинение с "возмущения" (бунт) на нанесение увечий (Завалишину). Дело в том, что статья 269 Уложения указывала, что бунтарская деятельность ненаказуема, если участники сами разойдутся. Так и вышло - татары разошлись до прибытия Скарятина. Всего было осуждено 9 крестьян к разным срокам. Затем в Сенат начали поступать жалобы уже от самих крестьян. Сенат поручил Министерству внутренних дел провести расследование. И внезапно оказалось, что сам губернатор должен предстать перед судом по ст. 345 - за превышение пономочий. Скарятина освободили от должности (не объясняя причин). Расследование показало, что уже после разгона крестьян он продолжал преследовать и карать предполагаемых участников бунта в обход официальной системы. В январе 1883 года обер-прокурор составил обвинительное заключение. Скарятина обвиняли в восьми преступлениях (в основном, тяжкие побои). Ему запретили покидать дом. "Бывшего губернатора будет судить улица" - переживали консервативные газеты. "Законность восторжествовала" - радовались либеральные... Но тут, 15 мая, в честь коронации Александра III прошла традиционная широкая амнистия, и Скарятин, без особого упоминания, попал под нее просто как один из уголовных подсудимых. (По книге Ш.Б. Кирмзе "Империя законности")