Как Джойс озаглавил роман Пруста и подшутил над ним. 30 октября 1922 года он диктует письмо Сильвии Бич. Диктует, потому что с глазами у Джойса плохо, и давно: еще в 1920-м, при первой встрече, он записывал адрес ее магазина, поднеся листок к самым глазам. Так вспоминала сама Бич. В письме он сообщает, что успел выправить первую половину «Улисса» для третьего издания и прочесть два первых тома, которые советовал мистер Шифф: «A la Recherche des Ombrelles Perdues par Plussiers Jeunes Filles en Pleurs du Côté de chez Swann et Gomorrhee et Co, par Marcelle Proyce et James Joust». Здесь в одну книгу слеплен весь Пруст. Утраченное время стало утраченными зонтиками. Девушки не в цвету, а в слезах. «В сторону Свана» уцелело почти нетронутым. Гоморра слышится как гонорея и получает вывеску торгового дома. А главное — подпись. Марсель стал Марселью, женским именем, и в его фамилию въехало -oyce. В фамилию Джойса въехало -oust, и вышло joust, рыцарский поединок, сшибка на турнире. Каждый проглотил кусок другого. Пруст стал женщиной, Джойс — поединком. И подписано так, будто роман они написали вдвоем. Весной они сидели рядом за одним столом — на ужине, который давали те самые Шиффы. Джойс жаловался на глаза. Каждый сказал, что другого не читал. Письмо кончается так: пришлите мне любых хороших новостей, они напомнят мне, что когда-то я был писателем — dans le temps. То самое temps, которое он только что превратил в зонтики. Пруст умер 18 ноября 1922 года. Девятнадцать дней спустя.