Политтехнологи

Продолжение публикации: ТОП-30 глав регионов России по политтехнологической и PR-эффективности за 31 августа — 6 сентября 2026 года 5. Илья Середюк — Кемеровская область Главный негатив недели — задолженность по зарплате перед более чем 1,7 тыс. работниками «Северного Кузбасса», превысившая 500 млн рублей. Для Кузбасса проблемы именно в угольной отрасли имеют особенно тяжёлый репутационный эффект: шахтёрская тема для региона — не просто экономика, а одна из основ его политического и социального образа. Дополнительно 3 сентября Середюк публично признал новую волну очередей на АЗС. В регион направлялся 121 вагон-цистерна топлива, власти связывали ситуацию с ростом спроса. Минус недели: задолженность перед шахтёрами стала главным репутационным ударом, а топливные перебои усилили общий негативный фон. 6. Андрей Травников — Новосибирская область 1 сентября в Новосибирске 234 жилых дома остались без горячей воды на фоне похолодания. Отдельный резонанс получила история трёх многоэтажек, жители которых находились без горячей воды почти два месяца. Одновременно в области сохранялись проблемы с бензином: 31 августа Травников признал сложности с поставками, после переговоров ежедневный лимит топлива увеличили на 300 тонн. Минус недели: одновременно коммунальный и топливный негатив — две темы, которые напрямую бьют по повседневной жизни жителей и перекрывают позитивную повестку региона. 7. Вячеслав Федорищев — Самарская область На этой неделе Федорищев активно включался в политическую повестку и 4 сентября представлял обновлённую региональную Народную программу. При этом в его информационной политике сохраняется чрезмерно персонализированный и конфликтный стиль. Стремление постоянно удерживать внимание на собственной фигуре и создавать громкие публичные сюжеты повышает узнаваемость, но одновременно создаёт дополнительные репутационные риски и периодически заслоняет содержательную региональную повестку. На политическом фоне продолжает работать и шлейф истории со снятием и последующим судебным восстановлением кандидата КПРФ Михаила Матвеева. Само восстановление произошло ещё 26 августа и юридически не является решением губернатора, но скандал продолжил влиять на восприятие региональной кампании. Минус недели: чрезмерная персонализация коммуникации, тяга к резонансным сюжетам и накопленный конфликтный фон начинают работать против самого губернатора. 8. Виктор Томенко — Алтайский край 1 сентября Пятый апелляционный суд восстановил кандидата КПРФ Людмилу Клюшникову на выборах в Алтайское краевое Заксобрание, отменив решение краевого суда о снятии её с выборов. Первоначальные иски подавали другие кандидаты. Доказательств того, что Томенко лично инициировал снятие кандидата или вмешивался в работу суда и избиркома, нет. Однако сама отмена решения стала серьёзным политическим антипиаром региональной кампании: кандидата сначала снимают с выборов, после чего вышестоящий суд возвращает его в гонку, а оппозиция получает удобный сюжет о попытке административного устранения конкурента. Минус недели: судебный разворот ударил по репутации региональной избирательной системы даже при отсутствии подтверждённой личной связи губернатора с первоначальным снятием кандидата. 9. Денис Паслер — Свердловская область На неделе продолжился негативный фон вокруг топливных перебоев и коммунальных проблем в регионе. Дополнительно СМИ вновь подняли историю с отказом в регистрации трёх самовыдвиженцев на выборах думы Среднеуральска. Судебная история началась раньше, однако 4 сентября она снова вышла в информационную повестку: СМИ вновь сообщили о восстановлении права трёх самовыдвиженцев участвовать в выборах после отказов окружной избирательной комиссии. История ограничена муниципальным уровнем, и прямой связи решений окружной комиссии с Паслером не установлено. Тем не менее повторное возвращение темы в СМИ усилило общий негатив вокруг качества организации региональной избирательной кампании. Минус недели: топливно-коммунальные проблемы дополнились повторным медийным разгоном истории с отменёнными отказами кандидатам, что усилило репутационный фон вокруг региональной власти. Политтехнологический эффект недели 10. Виталий Хоценко — Омская область 1 сентября жители Омска массово жаловались на длительное отсутствие горячей воды: в отдельных домах её не было три-четыре недели. В тот же день глава СК Александр Бастрыкин затребовал доклад по делу о перебоях с газоснабжением более чем 150 домов в Омске и области. Минус недели: затяжные проблемы с горячей водой и газом сформировали сильный коммунальный негатив, который заметно снижает эффект позитивной повестки губернатора. 11. Юрий Слюсарь — Ростовская область 31 августа — 1 сентября проблемы с водоснабжением возникли сразу в нескольких территориях региона. В Белой Калитве произошёл сбой холодного водоснабжения, 1 сентября аварийная ситуация была зафиксирована и в Шахтах. Минус недели: сразу несколько коммунальных сбоев в начале сентября усилили негативный фон вокруг состояния водной инфраструктуры региона. 12. Роман Бусаргин — Саратовская область 4 сентября прокуратура сообщила о перерасчёте более 2,6 млн рублей жителям 22 домов за длительное отсутствие горячей воды. Сама авария произошла ещё в июне; на этой неделе опубликованы результаты прокурорской проверки и перерасчёт платы. Минус недели: старый коммунальный конфликт получил новое официальное продолжение и снова вернулся в информационную повестку. 13. Вениамин Кондратьев — Краснодарский край 31 августа крупный порыв магистрального водопровода в Сочи привёл к ограничению холодного водоснабжения для 152 многоквартирных и 277 частных домов. Восстановительные работы продолжались 1 сентября, был организован подвоз воды. Минус недели: крупная коммунальная авария в одном из самых публичных и туристически значимых городов региона дала заметный негативный информационный сюжет на старте сентября. Выводы. ВЭФ работает только тогда, когда губернатор привозит конкретный результат. Само присутствие на форуме с чиновниками и участие в панелях дают ограниченный эффект. Работают заводы, ГОКи, порты, инвестиции, рабочие места и проекты, которые можно объяснить избирателю одной фразой. Федеральная засветка усиливает губернатора, но не заменяет собственную повестку. Встреча с премьером, вице-премьером или руководителем крупной компании повышает вес недели, если за ней стоит конкретный результат для региона. Исключение — встреча с президентом: она сама по себе выводит губернатора в федеральную повестку. Несколько самостоятельных сильных инфоповодов лучше одного большого. Три-четыре содержательных события за неделю дают более устойчивую медийность, чем один громкий сюжет, на котором держится вся повестка губернатора. Большой проект региона не всегда является персональным PR губернатора. Петербург — хороший пример: масштаб городской повестки огромен, но значительная часть эффекта работает на бренд города и его институтов, а не лично на Беглова. Поэтому важно не только наличие крупного проекта, но и насколько результат связывают именно с губернатором. Социально-бытовой кризис почти всегда сильнее позитивного PR. Бензин, вода, зарплаты, питание детей, коммунальные аварии напрямую затрагивают людей и легко перекрывают инвестиции, форумы и официальные мероприятия. Кейсы Аксёнова, Малкова, Моора и Середюка это хорошо показывают. Кризисная коммуникация снижает ущерб, но не отменяет саму проблему. Быстрое объяснение лучше молчания, но очередь на АЗС, отсутствие воды или задержка зарплаты остаются негативом независимо от качества комментария губернатора. Судебное восстановление кандидатов создаёт отдельный политический риск. Даже без доказательств личного вмешательства губернатора схема «кандидата сняли — вышестоящий суд вернул» даёт оппозиции готовый сюжет о качестве региональной избирательной системы. Поэтому истории Томенко и Паслера важны прежде всего как антипиар кампаний. Чрезмерная персонализация часто работает в минус. Чем сильнее вся региональная повестка завязана на фигуру главы, тем выше цена его конфликтов и ошибок. Федорищев показывает границу между активным персональным PR и ситуацией, когда начинает заслонять сам регион. ПОДПИСАТЬСЯ ✅ Telegram-канал «Политтехнолог