Политтехнологи

Выборы без дебатов: почему кандидаты игнорируют эфиры В России начались предвыборные теледебаты — и почти сразу выяснилось, что часть кандидатов на них просто не ходит. За несколько дней такие случаи зафиксированы как минимум в пяти регионах, а в Рязани два эфира подряд вообще прошли без участников. Рязанская область. 28 августа кандидаты по одномандатному округу №158 второй день подряд не приходят на дебаты на «России 1». Ведущая Елизавета Дорохина объявила, что кандидатов в студии нет. После этого в эфире показали агитматериалы и продолжили тематическое вещание. Почему кандидаты не пришли, никто не объяснил. (Civitora.ru) Курганская область. 25 августа на дебаты кандидатов в Госдуму пришёл только глава курганского отделения КПРФ Виктор Зырянов. Лидер региональной ЕР, депутат Госдумы Александр Ильтяков на эфир не пришёл. В результате Зырянов около девяти минут «дебатировал сам с собой». (URA.RU) Якутия. На первых теледебатах 25 августа на НВК «Саха» из девяти кандидатов пришли только пятеро. Не явились Айаан Васильев (КПРФ), Алексей Лаптев («Родина»), Гаврил Парахин (ЛДПР) и Пётр Шамаев (ЕР). О времени дебатов кандидатов уведомили 21 августа. (SakhaDay) Татарстан. На первые дебаты ТНВ 25 августа по жеребьёвке должны были прийти представители пяти политических сил. Пришли трое — «Коммунисты России», Партия пенсионеров и СР. (ТНВ) Бурятия. На дебаты пришёл кандидат КПРФ Баир Цыренов, а кандидат ЕР Дашибал Мункожаргалов отсутствовал. Цыренов предложил ему встретиться и провести открытые дебаты. В этот момент региональную трансляцию переключили на федеральный эфир с Михаилом Мишустиным. Местное отделение КПРФ сообщило, что дебаты также проигнорировали представители «Новых людей» и СР. («7x7») Между тем пустые и полупустые студии на российских выборах — история не новая Санкт-Петербург, 2024 год. Вечером 26 августа и утром 27 августа на дебаты кандидатов в губернаторы никто не пришёл — сначала на «Радио России», затем на «России 1». 28 августа Александр Беглов пришёл на следующий эфир и оказался единственным участником. (URA.RU) Кемеровская область, 2023 год. На «России 1 Кузбасс» должны были дебатировать представители КПРФ и ЛДПР. Никто не пришёл. Ведущий появился перед пустыми стойками и сообщил зрителям: «В студию никто не пришёл, поэтому эфир продолжит тематическое вещание». Коммунисты объяснили отсутствие встречами с избирателями, ЛДПР — приездом Леонида Слуцкого. («Коммерсантъ») Алтайский край, 2023 год. 29 и 30 августа на дебаты также не пришёл ни один кандидат. («Коммерсантъ») Участвовать обязан. Приходить — необязательно? Между тем Закон о выборах Госдумы прямо обязывает политические партии и зарегистрированных кандидатов участвовать в совместных агитационных мероприятиях, а кандидатов — участвовать лично. Если кандидат не приходит, его эфирное время распределяется между теми, кто пришёл. Но сама неявка на дебаты никакой ответственности не влечёт. Получается парадокс: участвовать кандидат обязан, а наказания за то, что он просто не пришёл, нет. Если не пришли все — дебатировать некому. Так почему кандидаты не идут на дебаты и отказываться от бесплатного телеэфира? С фаворитами кампании всё более-менее понятно — им дебаты часто дают больше рисков, чем возможностей. Но когда в студию не приходит кандидат с околонулевой узнаваемостью, которому по логике надо использовать любой шанс показать себя избирателю, объяснение уже не такое очевидное. И одной причины здесь нет. Так почему не ходят? 1. Фавориту дебаты часто просто невыгодны. У кандидата с высокой узнаваемостью, ресурсом и серьёзным отрывом потенциальная выгода невелика, а рисков много: ошибиться, получить неудобный вопрос, дать сопернику удачный вирусный фрагмент или просто самим присутствием поставить малоизвестного оппонента рядом с собой в статусе равного. 2. Время и организация эфира тоже могут влиять. Утренний или ночной эфир, небольшая аудитория, позднее уведомление, заранее составленный график поездок по округу — всё это может иметь значение. Иногда кандидатам выгоднее провести встречи с избирателями, чем тратить время на эфир, который никто не смотрит. 3. Кандидат вообще не ведёт кампанию на победу. Не все кандидаты участвуют, чтобы победить или получить максимум голосов. Многие кандидаты сейчас участвуют в выборах формально. И задача повысить узнаваемость перед ним фактически не стоит. 4. Партии нужно просто закрыть округ кандидатом. У партии десятки и сотни округов, и далеко не в каждом есть сильный кандидат, деньги, штаб и реальная кампания. Иногда главное — чтобы хоть какая-то фамилия просто присутствовала в бюллетене. В этом случае кандидат просто закрывает пустое место. 5. Часто важнее само количество участников выборов, чем реальная конкуренция между ними. Кандидат может участвовать формально: партия закрыла им округ, а власти, похоже, важно показать, что выборы проходят с большим количеством участников. Не конкуренцию — сам факт наличия выбора. 6. Нулевая узнаваемость иногда лучше отрицательной. Принято считать, что неизвестному кандидату полезна любая публичность. Но это не всегда так. Плохие дебаты могут превратить: «Я не знаю, кто это» в: «А, это тот самый идиот из дебатов». Провальный момент не заканчивается вместе с ТВ-эфиром. Сюжет вырежут, разгонят по Telegram и соцсетям, превратят в мем — и кандидат будет жить с этим фрагментом долго (и не только до конца кампании). Нередко не пускают на эфир и сами партии. Если кандидат никакой (плохо говорит, теряется перед камерой, не умеет отвечать и выглядит слабее собственного агитационного плаката), то прямой эфир может стать проблемой. Поэтому таких кандидатов лучше лишний раз не показывать, чтобы не стало хуже. Сам факт такого выбора уже многое говорит о качестве нынешних кандидатов. 7. Кандидат продаёт не себя, а партийный бренд. В некоторых кампаниях вся коммуникация кандидата фактически сводится к формуле: «Я кандидат от партии X». Избиратель видит фамилию рядом с брендом партии, и эта конструкция работает. Но как только человек выходит в длинный прямой эфир, может выясниться, что за фамилией нет ни собственного образа, ни позиции, ни способности вести спор. Потому что у кандидата может вообще не быть собственного политического содержания. 8. Может не быть никакой хитрой стратегии — просто слабый штаб или вообще его отсутствие. Не каждую неявку нужно объяснять политическими технологиями. Плохо составленный график, отсутствие дисциплины, слабая коммуникация между партией и кандидатом, неготовность к эфиру, отсутствие нормальной подготовки — и бесплатный эфир просто сгорает. 9. Кандидат просто не верит, что дебаты способны что-то изменить. Причём так может рассуждать не только лидер. Слабый кандидат тоже может считать: победить невозможно, серьёзно нарастить результат невозможно, значит нет смысла тратить время и силы на дебаты. 10. И главный парадокс — именно слабые и неизвестные кандидаты должны хотеть дебатов больше всех. Ведь, казалось бы, несколько минут государственного телеэфира ему дают наравне со всеми. И если он добровольно отказывается даже от этого, вариантов становится не так много: либо он не рассчитывает всерьёз бороться за округ, либо штаб считает публичное появление кандидата опаснее его неизвестности, либо вся его кампания изначально существует преимущественно для формального присутствия в бюллетене. 11. Технический кандидат. Он может вообще не бороться за собственную победу. Его задача — оттянуть голоса, создать нужную конфигурацию в округе, мешать сопернику или помогать другому кандидату. Или чисто технически быть вторым, чтоб выборы состоялись. Поэтому личная узнаваемость и бесплатный эфир такому кандидату могут быть просто не нужны. 12. Кандидат для атак и сливов. Такой кандидат нужен не для победы, а для грязной работы: атаковать соперника, вбрасывать негатив, озвучивать обвинения, сливать компромат, создавать скандалы. Основной кандидат при этом сохраняет чистый образ. Но иногда регистрируют такого кандидата, а конкурент оказывается слабым — тогда лучше чтоб о нём и дальше не знали. А как вы считаете: что ещё заставляет кандидатов не идти на дебаты? Какие причины я не учёл? ПОДПИСАТЬСЯ ✅ Telegram-канал «Политтехнологи»