Политтехнологи

Продолжение публикации: У ЕР всё прекрасно: 17 из 17. По версии экспертов ЕР. Проверяю: ошибки, демагогия, подмена понятий и попытка выдать желаемое за действительное Для партии власти одной новой программы мало У ЕР есть ещё одна особенность, которой нет у её конкурентов: уже больше двадцати лет партия остаётся крупнейшей фракцией Госдумы: 223 мандата в 2003 году, 315 — в 2007-м, 238 — в 2011-м, 343 — в 2016-м и 324 — в 2021-м. Поэтому странно оценивать ЕР только по тому, насколько полной получилась её новая программа. Для оппозиции главный вопрос — что она предлагает. Для партии власти — ещё и что она уже сделала из того, что обещала раньше. Поэтому было бы намного интереснее если бы Костин рассказал про другую проверку ЕР: что обещали → какой был срок → сколько денег требовалось → что реально сделано → выполнено полностью, частично или не выполнено. Причём смотреть стоило бы не только программу 2021 года, но и крупные обещания 2011, 2016 и 2021 годов, сравнивая с сегодняшним днём. Сама ЕР утверждает, что её Народная программа 2021 года практически выполнена. Отлично — значит, это можно проверить. Не считать, сколько раз в новой программе встречаются слова «экология», «медицина» или «образование», а посмотреть, что обещали пять лет назад и что получилось на выходе. Говорить можно хоть о 17, хоть о 117 темах. Выполнять обещанное сложнее. Но слов о конкретно выполненных программах или невыполненных не было. У КПРФ «нет источников» для 32 трлн? Ещё один тезис Костина касается финансовой части программ. КПРФ приводится как пример партии, которая планирует около 32 трлн рублей дополнительных расходов, но якобы не объясняет, где взять эти деньги. При этом источники КПРФ публично называет. Среди предложений — изменение налогообложения нефтегазового сектора, государственная монополия на алкоголь и табак, банковская прибыль, ограничение оттока капитала, увеличение дивидендов госмонополий и другие меры. Совокупный эффект партия оценивает примерно в те же 32 трлн рублей. Эти расчёты можно считать фантастическими, завышенными или экономически нереальными. Но после этого нельзя говорить, что источники вообще не названы. Они названы; спорить надо о том, способны ли эти источники действительно дать заявленные 32 трлн. Но этот вопрос Костин не обсуждал, а просто сообщил их нет. И этот критерий надо одинаково применять ко всем партиям: предложение → стоимость → источник финансирования → срок → влияние на бюджет. Тогда можно сравнивать КПРФ, ЛДПР, «Новых людей», СР и ЕР. Если же претензия Костина в том, что подробной финансовой выкладки нет непосредственно в финальном тексте программы КПРФ, так и надо писать. Нет подробной сметы и вообще нет источников — разные утверждения. Плохо посчитали программу — значит не готовы к власти? Из недостатков финансовой части Костин делает уже куда более широкий вывод: у оппозиционных партий нет «внутренней готовности претендовать на власть». Но плохо посчитанная финансовая часть доказывает прежде всего то, что финансовая часть плохо посчитана. Как отсюда определили внутреннюю готовность партии брать на себя власть, непонятно. Похожая история с тезисом, что оппозиционные партии якобы «не понимают, чем отличаются от правящей партии». Но отличия в программах есть. КПРФ предлагает значительно большую роль государства в экономике и другую налогово-бюджетную модель. ЛДПР идёт со своим набором налоговых, социальных, ипотечных и региональных решений. СР предлагает свои решения по пенсиям и ЖКХ. «Новые люди» строят значительную часть позиционирования вокруг сокращения запретов и ограничений. Все эти предложения можно считать слабыми, популистскими, ошибочными или экономически нереальными. Можно утверждать, что обычный избиратель этих различий не видит. Но это совсем не то же самое, что утверждать: «они сами не понимают, чем отличаются». Понимают. Кто поставил ЕР 17 из 17 Есть и ещё одна деталь, без которой весь этот анализ выглядит неполным. Константин Костин — не только президент ФоРГО, но и координатор экспертного совета «Единой России». Сам по себе этот факт ничего не доказывает и не делает выводы Костина автоматически неверными. Но ситуация всё равно занятная: эксперт, работающий с одной из партий, сравнивает её программу с конкурентами; ЕР получает 17 из 17; полной методики в опубликованных материалах нет; а один из приведённых примеров — с экологией — уже не сходится при прямой проверке. Это не доказательство манипуляции. Но повод попросить совершенно понятную вещь: покажите матрицу, критерии и исходные данные. Что в итоге Проблема не в том, что Костин обязательно неправ во всём. Проблема в том, что из довольно узких данных несколько раз делаются гораздо более широкие политические выводы. 10–15% неопределившихся (причем не определено даже кто это) превращаются в главный фактор выборов, и не учитывается реальная явка на практике с тем. что показывают социологи; количество затронутых тем — в качество программы; ИИ — в доказательство объективности; спорные расчёты КПРФ — в отсутствие источников; недостатки финансовой части — во внутреннюю неготовность брать власть. При этом сам Костин отказывается от 17 и предлагает куда более разумный критерий — пять-семь действительно проработанных предложений. Пять конкретных решений, которые партия реально способна выполнить, стоят дороже семнадцати тем, закрытых ради красивых 17 из 17. Вопрос не в том, сколько тем партия вписала в программу. Вопрос в том, что из написанного она способна выполнить. А для ЕР — и то, что из прошлых обещаний она уже выполнила. ПОДПИСАТЬСЯ✅ Telegram-канал «Политтехнологи»