«Живопырки» на ПМЭФ: как элиты проговорились о своём отношении к бизнесу На деловом завтраке «Сбера» в рамках ПМЭФ прозвучала фраза, которая наглядно показала реальное отношение к российскому бизнесу лучше десятков докладов про инвестиционный климат. Речь шла об ограничениях для бизнеса. Андрей Макаров рассуждал о том, зачем бизнес надо освобождать от «оков», и сформулировал это так: ... а зачем это делают? Для того, чтобы дать вот этим вот живопыркам, которые вокруг себя насоздавали, чтобы зарабатывать бабки. <...> Все эти нормы нужны, чтобы не было в стране бизнеса, который бы не чувствовал себя заранее виновным И Макаров в целом прав: бизнес не должен жить в состоянии вечной виновности, не должен постоянно чувствовать, что он уже что-то нарушил и просто ждёт, когда за ним придут. Но между этой правильной мыслью появляется слово «живопырки» и формула «насоздавали, чтобы зарабатывать бабки». В такой формулировке бизнес выглядит не как люди, которые создают компании, рабочие места и платят налоги, а как какая-то мутная обслуга вокруг больших игроков: «живопырки», которых «насоздавали», чтобы они «зарабатывали бабки». Греф, казалось бы, возразил: Живопырки и есть эта самая экономика Но проблема в том, что Макаров назвал так бизнес, а Греф это слово не отбросил, а фактически «защитил» живопырок. Получилось не: «Это предприниматели, это экономика, это рабочие места, это риск и ответственность». Получилось: да, бизнес — это «живопырки». Непонятно и поведение СМИ, которые пишут, что это «странное просторечное слово». Это слишком мягко сказано. «Живопырка» — слово из воровского жаргона. Такой формулировкой бизнес опустили до уровня мутной забегаловки, суеты, толкотни и «пыряния» ради бабок. Расшифровка звучит так: «живо» — быстро, суетливо, оживлённо; «пырка» — от «пырять», толкать, тыкать, пихать, кое-как возиться. То есть место, где все бегают, пихаются, шумят, толкаются и как-то крутятся, но с блатным уклоном. И вот этим словом описывают российский бизнес? Не где-то во дворе пятиэтажки, а на ПМЭФ. На площадке, где государство, крупные корпорации и финансовые институты публично демонстрируют, как они видят экономику, предпринимателей и правила игры. Где каждое слово считывается не как частная шутка, а как сигнал. Это не оговорка. Это отношение. И сигнал предельно ясный: бизнес вроде бы нужен, но его по-прежнему легко опустить до уровня подозрительной суеты, которая «зарабатывает бабки». Недопустимо публично говорить о предпринимателях языком блатного пренебрежения. Недопустимо называть бизнес, который создаёт рабочие места и платит налоги, словом из криминального лексикона. Недопустимо сначала заваливать предпринимателей требованиями, ставками, отчётностью и проверками, а потом ещё и объяснять им, что они тут просто «пырятся» ради бабок. И главное, недопустимо делать это на мероприятиях уровня ПМЭФ, где должны говорить о доверии, развитии, инвестициях и уважении к тем, кто реально создаёт экономику. Потому что доверие не появляется из воздуха после красивой панели. Оно может быть разрушено одной такой фразой. Публичный язык элит формирует социальную рамку, и одно неудачное слово может сработать сильнее десятка красивых докладов. Предприниматели слышат не презентацию. Они слышат отношение. Когда бизнес называют «живопырками», это унижает не одну условную группу компаний. Это бьёт по всему предпринимательскому сословию: по всем тем, кто не рассуждает об экономике, а реально в ней живёт. Такие формулировки нельзя выпускать в публичное поле без последствий. Они создают конфликт там, где власть и крупные институты должны хотя бы демонстрировать уважение. И проблема не в одном грубом слове. Слово просто сорвало маску и показало: бизнесмен — не партнёр государства, а подозрительный персонаж. Если маленький — значит мутный. Если зарабатывает — значит крутит «бабки». Если крутится — значит «живопырка». Если просит нормальные условия — значит мешает серьёзным людям строить великую экономику Доверие не строится на блатном жаргоне. ПОДПИСАТЬСЯ ✅ Telegram-канал «Политтехнологи»