Продолжение публикации: Госдума-2026: как усиление губернаторов превращается в демонтаж старой федеральной политики Выше я писал, что в отличие от самостоятельного депутата, губернатор напрямую зависит от федерального центра и несет перед ним персональную ответственность. Поэтому неудивительно, что губернаторы получают дополнительные рычаги управления и сейчас, фактически начинают определять: — кто сохраняет округ; — кто получает место в списке; — кто уходит в заксобрание; — а кто выпадает из системы. Именно поэтому всё чаще появляются странные политические маршруты: — депутат от одного региона внезапно идет в другом; — депутат одномандатник выдвигают по федеральному списку, но по другому региону; — федеральный политик ищет округ за пределами своей территории; — действующие депутаты неожиданно “добровольно” снимаются с выборов; — а некоторые уходят в региональные парламенты вместо Госдумы. В этой ротации особое место занимает и последнее решение руководства ЕР, о том. что теперь кандидат от партии может выдвигаться либо как одномандатник. либо по федеральному списку. И нередко ротация становится инструментом политической зачистки. Формально происходящее объясняется обновлением элит, ротацией и необходимостью омоложения системы. И такая ротация часто оказывается не просто обновлением, а способом перераспределения контроля и власти. Особенно в тех регионах, где: — сменился губернатор; — существуют старые элитные группы; — есть конфликт между региональной властью и федеральными депутатами; — либо появились новые центры влияния. И тогда депутатский мандат становится не гарантией статуса, а предметом постоянного согласования с региональной администрацией. зависимостью от неё. Госдума всё больше превращается в продолжение губернаторской вертикали, и кампания-2026 показывает еще одну важную тенденцию: Госдума перестает быть самостоятельным пространством федеральной политики. Все чаще депутаты воспринимаются как представители губернаторских команд, а не как самостоятельные федеральные фигуры. Депутатам уже не хватает личного ресурса. и главным фактором становится лояльность (и в какой-то степени зависимость) от региональной вертикали. А сама Госдума станет менее самостоятельной. Количество автономных политических фигур продолжит сокращаться. Федеральная политика будет все сильнее уходить в регионально-административную модель. А сама система — становиться более вертикальной и менее терпимой к любым самостоятельным игрокам. Именно поэтому многие опытные политики неожиданно начинают терять свои позиции. Не потому, что проиграли выборы. А потому, что проиграли отношения с региональным руководством. Чем эта информация интересна для политтехнолога? Сейчас перестраивается сама архитектура федеральной политики. Для политтехнологов это, возможно, главный процесс всей кампании-2026. Потому что меняются сами правила федеральных выборов. Старая модель кампаний фактически заканчивается. Теперь для кандидата в депутаты (депутата) уже недостаточно иметь: — рейтинг; — деньги; — медийность; — аппаратный вес; — связи в Москве; — сильную региональную сетку; — или даже федеральных покровителей. Главным фактором становится встроенность кандидата в региональную административную систему, его отношения с губернатором, а сами кампании становятся менее публичными и значительно более аппаратными. Если раньше значительная часть федеральных кампаний строилась вокруг раскрутки сильного кандидата, его личного бренда, сетки влияния и политической автономии, то теперь ключевой компетенцией (политтехнолога) становится способность встроить кандидата в существующую административную архитектуру региона. Повторю, кампания-2026 — это уже не просто борьба за мандаты. Это перестройка всей модели федеральной политики, при которой усиление губернаторов становится инструментом усиления самой федеральной вертикали и демонтажа старой системы относительно самостоятельного политического представительства. Этот демонтаж является прагматичной адаптацией власти к новым условиям ПОДПИСАТЬСЯ ✅ Telegram-канал «Политтехнологи»