Ситуация на топливном рынке По данным мониторинга, сообщения о нехватке бензина и дизельного топлива фиксируются в более чем половине регионов страны. Проблема становится значимым фактором общественной тревожности. При этом топливный дефицит - это далеко не только история про автомобилистов. В Иркутской области звучат предупреждения о рисках для сельхозработ. В Ростовской области сложности с поставками чувствуют аграрии. В Якутии обсуждается угроза северному завозу. На юге страны одновременно растут туристический поток, нагрузка на трассы и сезонный спрос на топливо. Дальше понятная цепочка. Нет топлива у сельхозпроизводителя - возникают риски для сезонных работ. Растут издержки перевозчиков - это постепенно переходит в цены. Появляются перебои на курортных трассах - страдают туризм и малый бизнес. Возникают ограничения на АЗС - локальная проблема быстро начинает восприниматься как системная. Но главный риск сейчас даже не в физическом дефиците. Главный риск - дефицит понятной и убедительной коммуникации. Когда людям говорят, что ситуация стабильна, а они своими глазами видят ограничения по литражу или отсутствие отдельных видов топлива, доверие к официальной информации снижается очень быстро. После этого возникают слухи, закупки впрок, очереди и уже настоящий кризис. Поэтому здесь особенно важны ответы на простые вопросы: где есть перебои, чем они вызваны, сколько продлятся и какие меры принимаются. Для «Единой России» это, на мой взгляд, хорошая возможность показать, как должна работать партия власти в кризисной ситуации. Причем первые элементы такой работы уже есть. В Иркутской области депутат Заксобрания от «Единой России» Степан Франтенко публично обозначил угрозу для сельского хозяйства и вынес проблему поставок топлива в политическую повестку. В Чувашии партийное региональное отделение сообщило об усилении контроля за запасами и ценами на фоне сигналов из других субъектов. Подключились и федеральные ведомства. Минэнерго отдельно отреагировало на ситуацию в южных регионах, а ФАС усилила контроль за ценообразованием и запросила обоснование стоимости топлива у отдельных сетей АЗС. Необходимая управленческая логика уже начинает складываться: сигнал с территории, депутатская реакция, подключение исполнительной власти и регуляторов. Можно подумать о дальнейших шагах. На федеральном уровне - сформировать координационный контур с участием Минэнерго, Минсельхоза, ФАС, нефтяных компаний и представителей проблемных субъектов. Задача - ежедневная картина по запасам, логистике, ценам и срокам восстановления поставок. На уровне регионов - закрепить персональную ответственность. В каждом проблемном субъекте определить конкретного ответственного от партии: депутат Госдумы, секретарь регионального отделения или руководитель профильного комитета. На муниципальном уровне - проверять фактическую ситуацию на АЗС, нефтебазах, в сельхозпредприятиях и транспортных организациях. Отчеты исполнительной власти должны дополняться данными непосредственно с мест. По каждому региону может быть свой план: дополнительные объемы топлива, изменение логистики, вмешательство ФАС, поддержка аграриев или формирование резервов. Отдельный приоритет - сельхозпроизводители, северный завоз, общественный транспорт, коммунальные службы и удаленные населенные пункты. Коммуникация также должна быть конкретной. Причина перебоев, принятые решения и срок нормализации ситуации. Ключевой показатель эффективности - отсутствие срывов сезонных работ, остановок транспорта, резкого роста цен и очередей на АЗС. Пока ситуация остается управляемой. Именно поэтому ее можно отработать на опережение.