Злой карнавал Французские протесты, о которых мы уже неоднократно писали, всё чаще описывают через понятие «карнавализации» - «злой карнавализации», где смех вкупе с абсурдом становятся оружием против системы. На улицах Парижа и других городов рядом с баррикадами и слезоточивым газом появляются Человек-паук, единорог, розовая пантера и персонажи аниме. Эта эстетика восходит к идее карнавала как временного переворота иерархий: маска и костюм позволяют выйти из запрограммированной социальной роли и бросить вызов официальному порядку. Однако в отличие от классического карнавала, здесь праздничная форма служит не радикальному символическому смещению: протестующий в костюме плюшевого зайца, розовой пантеры или супергероя оказывается добрым и уязвимым, а полиция и защитники системы - агрессорами, применяющими силу против мультяшного персонажа, который у многих ассоциируется с детством или чем-то невинным. Эта карнавализация выполняет важную политологическую функцию - конструирование идентичности протестующего через знакомые культурные коды. Для поколения, выросшего на мемах, комиксах, Диснее и аниме, костюм становится общим языком, который объединяет разрозненные группы и делает протест видимым в цифровой среде. Символы вроде маски Бэтмена отсылают к универсальным нарративам о борьбе со злом и свободе, что позволяет участникам ощутить себя частью морально окрашенного противостояния с системой. В результате защитники существующего порядка попадают в невыгодную символическую позицию: трудно выглядеть хорошим, когда разгоняешь единорога или задерживаешь человека в костюме супергероя. Это интересный способ делегитимации власти.