«ИОСИФ И ЕГО БРАТЬЯ» / Реж. ЮРИЙ ТИТОВ / Театр имени Вахтангова Четырехтомник Томаса Манна артист и режиссер Мастерской Петра Фоменко уложил в три часа. В последнее время кажется, что это уже и не так много. Эпоха коротких высказываний сходит на нет. Посуетились, и хватит. Пора задуматься о жизни. Библейский сюжет — самый что ни на есть подходящий повод, чтобы остановиться и оглядеться по сторонам. Оглядываться режиссер позвал с собой молодых артистов театра, у которых до сей поры не было никаких заметных ролей. А тут сразу — полотно. Полотно во всех смыслах. Титов поставил спектакль по-фоменковски, максимально театрально: со скульптурными и живописными мизансценами, с кое-где утрированной игрой, кое-где с гротеском, кое-где с вполне себе уместным пафосом, без привлечения модных киношных и медиасредств. Театр-театр. К тому же режиссер задействовал все пространство Новой сцены, включая галереи. Большому полотну нужно больше места. Библейскую историю о гордыне и предательстве, прощении и примирении Титов поставил так, чтобы, с одной стороны, сохранилась поэтичность и основательность. А с другой — чтобы никто не уснул. После первой довольно величественной части о непростом пути отца будущего многочисленного семейства к счастью начинается довольно комично-азартная часть египетская. Карикатурные, но не сказать чтобы изображенные без уважения египетские сильные мира всего принимают в свой мир изгнанника Иосифа, которого слишком любил отец и своей любовью испортил. Братья из ревности продали Иосифа купцам, а те — в свою очередь египтянам. И тут, по идее, должна была начаться история взросления, движения от гордыни к способности простить. А у братьев — от ненависти к раскаянию. Но все это как будто остается за скобками. Поэтому счастливый финал приходится принимать на веру. Понятно, что поставить роман подробно было бы совершенно невозможно. Но Титов, который семь лет писал инсценировку, оставил ключевые моменты жизни не только самого Иосифа и его братьев, но и семейную предысторию, которая как раз и является первопричиной затянувшейся и растянувшейся в пространстве вражды. Враждующие потомки, совершающие ошибки, живущие с виной, с тайнами, с больными душами, — это последствие ошибок предыдущих поколений. Лаван обманом женил Иакова на своей старшей дочери и заставил 14 лет ждать соединения с любимой Рахилью. От этого и дети впоследствии у отца поделились на любимых и нелюбимых, на баловней и остальных. К такому выводу приводит спектакль. Но сколько бы ни было на нас последствий от ошибок наших предков, мы уже давно выросли, а значит, сами должны их исправлять. И понять, и простить, и набело переписать черновики.