PILUM

КАК НАСТРОИТЬ СОБСТВЕННЫЙ НАРОД ПРОТИВ СЕБЯ. КРАТКОЕ ПОСОБИЕ ДЛЯ ЧИНОВНИКА Есть ощущение, что в некоторых высоких кабинетах увлеклись весьма опасным экспериментом: сколько ещё можно ухудшать жизнь собственных граждан, прежде чем они перестанут спрашивать, сколько им ещё терпеть, и начнут интересоваться, кто конкретно несёт ответственность за всё происходящее? Причём эксперимент проходит в исключительно подходящее время — во время войны. В одни семьи приходят похоронки, в других встречают мужчин без рук и ног, а где-то раненый военнослужащий месяцами пытается добиться лечения и положенных выплат. И всё это сопровождается торжественными рассуждениями о патриотизме, единстве и необходимости сплотиться. А в тылу тем временем разворачивается отдельная операция. Учителей и медиков «оптимизируют», социальные расходы пересматривают, цены продолжают расти, а гражданам предлагают войти в положение. В положение, надо сказать, входят давно. Только выйти из него никак не получается. И это уже не исключительно проблема регионов. Даже Москва, с её столичными бюджетными возможностями, не осталась в стороне. Получается, что «оптимизация» добралась и до столицы. Правда, пока одни оптимизируют штатное расписание, другим приходится разбираться с последствиями. Особенно интересно, что на фоне разговоров о нехватке бюджетных средств продолжают всплывать коррупционные дела с такими суммами, что у рядового бюджетника от одного количества нулей может случиться профессиональное выгорание. Может, прежде чем сокращать ставки медсёстрам и учителям, стоило бы хорошенько тряхнуть десятка два особо упитанных кабинетных крысёнышей, проверить происхождение их имущества и законно обратить всё наворованное в доход государства? Глядишь, и деньги бы нашлись. По крайней мере, для некоторых учреждений вопрос нехватки средств мог бы решиться без очередного ритуального жертвоприношения бюджетников. Но нет. Видимо, медсестра представляет для государственных финансов куда большую опасность, чем чиновник с коллекцией недвижимости, происхождение которой ещё предстоит объяснить следствию. И самое поразительное здесь даже не коррупция. Она, к сожалению, давно перестала быть сенсацией. Поразительно следующее: те, кто обязан укреплять государство в тяжелейший для него период, собственными решениями подрывают доверие граждан к этому государству. Ведь недовольство не возникает из воздуха. Оно появляется, когда мать погибшего военнослужащего сталкивается с равнодушием. Когда раненому приходится доказывать очевидное. Когда учитель узнаёт о сокращении ставки. Когда работающий человек обнаруживает, что его зарплаты хватает всё на меньшее. А когда человек пытается добиться справедливости, начинается ещё более увлекательная процедура. Ответственные ведомства либо хранят торжественное молчание, либо пересылают обращения друг другу, словно играют в чиновничий волейбол. В ответ приходят письма о том, что вопрос «рассмотрен», обращение «направлено по компетенции», а ситуация «находится на контроле». На контроле находится всё. Кроме результата. И попробуй после этого добиться справедливости. Человек месяцами обивает пороги, собирает документы, пишет жалобы, получает отписки и в конце концов обнаруживает, что для защиты собственного законного права ему требуется больше сил, чем для исполнения обязанностей, которые государство на него возложило. Самое удивительное, что вся эта бюрократическая карусель зачастую работает совершенно законно — по крайней мере, если судить по безупречно оформленным ответам. И каждый такой случай — ещё один человек, которому чиновники на практике объяснили, чего стоят красивые слова с телевизионного экрана. Здесь уже возникает закономерный вопрос: это настолько вопиющая управленческая близорукость или кто-то действительно решил проверить государство на прочность изнутри? И вообще, интересно, с чем связано всё это мракобесие? С тотальной безответственностью? С круговой порукой? С убеждённостью чиновников в том, что народ всё стерпит? Или мы наблюдаем последствия не отдельных ошибок, а давно выбранного курса? А не была ли вся эта ситуация той самой задумкой, к которой нас постепенно вели и продолжают вести? Вопрос, конечно, неприятный. Но когда одно сомнительное решение сменяется другим, а последствия неизменно ложатся на плечи обычных людей, подобные вопросы рано или поздно начинают возникать. Я не сторонник искать тайный заговор за каждым идиотским решением. Иногда для серьёзного ущерба стране достаточно обычной жадности, безнаказанности и нескольких десятков начальников, убеждённых, что государственная должность выдаётся вместе с правом на личное обогащение. Но последствия от этого ничуть не становятся менее опасными. И когда закончится война, Отечеству предстоит ещё одна тяжёлая работа — навести порядок внутри собственной государственной системы. Разобраться с управленческой бездарностью, круговой порукой, коррупцией и теми, кто, прикрываясь служением Родине, на деле предавал её интересы ради собственной выгоды. Не по доносам и громким лозунгам, а по документам, результатам независимых проверок и закону. Потому что восстановить разрушенные здания можно, а вот вернуть людям утраченное доверие гораздо сложнее. И начинать придётся с тех кабинетов, где годами путали государственную службу с личной кормушкой, а преданность Отечеству — с преданностью собственному креслу. Потому что граждан против власти порой настраивает вовсе не оппозиция. С этой задачей прекрасно справляются сами чиновники — причём за государственную зарплату. И, похоже, это единственная статья расходов, которую у нас никто не торопится оптимизировать. *Мнение автора | PILUM*