PILUM

ПРИТЧА О ЗМЕЕ И КРЫСАХ. ИЛИ ПОЧЕМУ ОЧЕРЕДЬ ДОХОДИТ ДО КАЖДОГО Есть одна старая притча, происхождение которой уже не так важно, как её смысл. Однажды в глубокий колодец упала змея. Выбраться самостоятельно она не могла, но на дне колодца жили крысы. И змея, быстро оценив обстановку, начала ежедневно съедать по одной. Поначалу крысы испугались. Но потом заметили любопытную особенность: змея съедала только одну, а остальных не трогала. И каждая решила, что главное — не оказаться следующей. Когда исчезла первая крыса, остальные промолчали. Когда вторая — облегчённо вздохнули, потому что на этот раз повезло им. А когда очередь дошла до третьей, некоторые уже начали рассуждать, что, возможно, первые две сами чем-то спровоцировали змею. Особенно предприимчивые даже стали подсказывать ей, где прячутся соседи. Ведь лучше указать на другого, чем самому оказаться обедом. И вот здесь притча перестаёт быть историей о животных. Для того чтобы управлять множеством, совершенно необязательно быть сильнее всех. Достаточно убедить каждого, что чужая беда его не касается. Сегодня ограничили права одних — остальные считают, что их это не затронет. Завтра лишили чего-то других — первые молчат, поскольку сами пока ничего не потеряли. Затем очередь доходит до предпринимателей, работников, пенсионеров, журналистов, военных, ветеранов. И каждый раз находится объяснение, почему именно в этом случае происходящее необходимо, разумно и даже полезно. Самое удивительное, что змея в этой истории не обещала никому безопасности. Крысы придумали себе это обещание самостоятельно. Они даже не заметили, как постепенно перестали бояться самой змеи и начали бояться друг друга. Ведь сосед мог донести, выдать, указать на твою нору. А значит, главным условием выживания становилось не сопротивление опасности, а демонстрация собственной покорности. Именно так страх превращается из инструмента принуждения в привычку, а разобщённость — в систему управления. Впрочем, у современной версии этой притчи есть одно существенное отличие. Сегодня змея наверняка объяснила бы, что всё происходящее осуществляется исключительно ради безопасности колодца, поддержания общественного порядка и защиты оставшихся крыс от внешних угроз. Более того, нашлись бы желающие доказать, что без змеи колодец давно погрузился бы в хаос. И пока обитатели спорили бы о необходимости её присутствия, количество спорящих неуклонно сокращалось бы. Но самое страшное произошло в конце. Когда осталась последняя крыса, она наконец поняла, что вместе с остальными могли бы защититься. Только обсуждать это открытие было уже не с кем. Мораль здесь вовсе не в том, что каждый обязан становиться героем. А в том, что общество, привыкшее равнодушно наблюдать за чужой бедой, постепенно лишает себя возможности защитить собственные права. Потому что змея сильна не только своими зубами. Она сильна уверенностью каждой крысы, что сегодня съедят кого-нибудь другого. А очередь заканчивается не тогда, когда змея насытится. А тогда, когда в колодце больше некому будет сказать: «Хватит».