А что же на самом деле происходило 16 сентября? Некая одиозная личность написала о событиях 16 сентября у здания суда, что какой-то священник якобы пришёл к Иакову Воронцову непонятно зачем - возможно, «позлорадствовать», а Воронцов будто бы ответил ему: «Изыди, сатана». На самом деле всё было несколько иначе. Этим священником был протоиерей Александр Ивлев. Он пришёл туда по собственной инициативе. Причём пришёл не просто посмотреть на суд и не поговорить с Воронцовым. Он взял с собой Святые Дары. Логика у него была совершенно простая и христианская: человек уже долго находится в заключении. Можно как угодно относиться к его поступкам, взглядам и словам, но если есть возможность предложить ему исповедоваться и причаститься, священник должен это сделать. Тот же адвокат Нурпеисов помог организовать встречу. Воронцов удивился появлению отца Александра и спросил, зачем тот пришёл. Отец Александр показал ему дароносицу и сказал, что пришёл со Святыми Дарами. В ответ Воронцов сказал: «Ты служишь сатане, а твой Патриарх - еретик». Отец Александр ещё раз предложил ему подумать. Воронцов снова отказался и попросил его уйти. Отец Александр попрощался и ушёл. То есть никакого «Изыди, сатана!» не было. Казалось бы, небольшая разница, но дьявол поистине кроется в деталях, и именно из таких небольших подмен и складывается полуправда: реальные события остаются, а слова и мотивы людей понемногу меняются и получается уже совсем другая картина. Но меня здесь больше заинтересовало другое. Похоже, за всей этой политикой некоторые уже просто не понимают, что для христианина значит Причастие. Отец Александр пришёл не мириться политически, не переубеждать Воронцова и не требовать от него изменить свои взгляды. Он пришёл как священник к человеку, находящемуся в заключении, и принёс ему Святые Христовы Тайны. Вот и всё. Можно спорить о политике, патриархе, об отдельных архиереях и священниках. Можно не любить друг друга и иметь друг к другу серьёзнейшие претензии. Но Причастие для христианина всегда находится вообще не в этой плоскости. Тем более Воронцов сам получил монашество, священный сан и монашеское имя в Русской Православной Церкви. И когда священник этой Церкви пришёл к нему со Святыми Дарами, он отказался и назвал его служителем сатаны. Вот это для православного куда важнее всех разговоров вокруг суда. А попытка увидеть даже в приходе священника со Святыми Дарами очередную политическую интригу или желание «позлорадствовать» говорит, пожалуй, прежде всего о том, насколько политика способна заслонить всё остальное, и насколько люди совершенно не понимают что такое Церковь. Иногда священник приходит к заключённому просто потому, что он священник. И потому, что перед ним человек, которому он хотел дать возможность исповедоваться и причаститься.