Почему мы продолжаем бояться начальства, даже если никто не заставляет? У Чехова чиновник умер от страха перед генералом, на которого случайно чихнул. У Кафки человек, ставший насекомым, первым делом думает, как бы не опоздать на работу. Писательница Елена Скульская на примерах из мировой литературы продолжает осмыслять наиболее распространенные страхи людей. Сегодня речь о нашей привычке заискивать перед руководством. С древнейших времен в каждом из нас живет дикий, первобытный страх перед вышестоящим существом, перед которым когда-то, еще при первобытно-общинном строе, мы стояли на коленях. И не забыли. ▪️В 2024 году в лондонском театре «Глобус», где по традиции смотрят спектакли стоя, шла постановка «Ричард III» (на фото) режиссера Элля Уайла. В одной из сцен Бэкингем провозглашал Ричарда королем и властно требовал от публики: «На колени!» По замыслу режиссера, в этот момент зрители превращались в подданных нового короля. Критики писали, что одни охотно участвовали в игре, другие опускались на колени, просто чтобы не привлекать внимания. ▪️Но иногда для подчинения не нужен даже приказ. Чехов и Кафка доводят эту мысль до абсурда: в «Смерти чиновника» Червяков унижается перед генералом, который даже не его начальник, и служит в другом ведомстве. А Грегор Замза настолько усвоил дисциплину, что даже экстраординарные обстоятельства не лишают его базовых установок. Скульская отмечает и другую особенность этой зависимости: Подчиненные обожают небожителей, наделенных странностями или слабостями. Очевидно, такие мелочи дают понять, что в начальнике есть и какие-то земные, человеческие черты. ▪️Интересно, как решили проблему боязни начальства в петербургском литературном журнале «Звезда». Его редакторы Яков Гордин и Андрей Арьев договорились, что никого из сотрудников нельзя уволить против его воли. Даже если в редакции произойдет конфликт или возникнет неприятный разговор, ничто не будет грозить потерей работы. Можно-можно не умирать при всякой встрече с начальством. Размышляя об одиночестве, герой романа «Иметь и не иметь» Эрнеста Хемингуэя приходит к выводу, что человек — один — не может ни черта. «Он закрыл глаза. Потребовалось немало времени, чтобы он выговорил это, и потребовалась вся его жизнь, чтобы он понял это». Так и с начальством. Чтобы перестать его бояться, мне потребовалось много сил и целая жизнь, чтобы понять необходимость преодоления этого страха. 👉️️️️ Материал Елены Скульской — на сайте Urbi et Orbi. ↗ Подписаться на 𝑼𝒓𝒃𝒊 𝒆𝒕 𝑶𝒓𝒃𝒊 · Купить бумажный сборник