Иногда с трудом верится, но в России до сих пор действуют законы, осуждающие преступления CCCР. Один из них — о реабилитации политзаключенных — приняли ровно 35 лет назад Он начинается словами, которые сегодня категорически расходятся с трендами: «За годы Советской власти миллионы людей стали жертвами произвола тоталитарного государства, подверглись репрессиям за политические и религиозные убеждения, по социальным, национальным и иным признакам. Осуждая многолетний террор и массовые преследования своего народа как несовместимые с идеей права и справедливости, Верховный Совет РСФСР выражает глубокое сочувствие жертвам необоснованных репрессий, их родным и близким, заявляет о неуклонном стремлении добиваться реальных гарантий обеспечения законности и прав человека. Целью настоящего Закона является реабилитация всех жертв политических репрессий, подвергнутых таковым на территории Российской Федерации с 25 октября (7 ноября) 1917 года, восстановление их в гражданских правах, устранение иных последствий произвола и обеспечение посильной в настоящее время компенсации материального ущерба». Президент РСФСР Борис Ельцин подписал закон «О реабилитации жертв политических репрессий» 18 октября 1991-го. Как потом вспоминал один из его авторов, народный депутат РСФСР Анатолий Кононов, первые варианты текста отправляли на доработку, и все тянулось долго, пока не случилось ГКЧП. После чего изменилась не только ситуация, но и настроения в Верховном Совете, и закон был принят. Что важного было в законе? ● Он признавал политическими репрессиями «различные меры принуждения, применяемые государством по политическим мотивам». Это были не только приговоры по политическим статьям, но и разные административные меры, например, ссылки и принудительное лечение. ● Он декриминализировал инакомыслие. В статье 5 прямо перечислялись деяния, которые больше не несли общественной опасности. Среди них, «распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный или общественный строй». ● Он предусматривал наказание исполнителей репрессий. Правда, сформулированное так обтекаемо, что практически никто его не понес: «Признанные в установленном порядке виновными в преступлениях против правосудия работники органов ВЧК, ГПУ — ОГПУ, УНКВД — НКВД, МГБ, прокуратуры, судьи, члены комиссий, «особых совещаний», «двоек», «троек», работники других органов, осуществлявших судебные полномочия, лица, участвовавшие в расследовании и рассмотрении дел о политических репрессиях, несут уголовную ответственность на основании действующего уголовного законодательства. Сведения о лицах, признанных в установленном порядке виновными в фальсификации дел, применении незаконных методов расследования, преступлениях против правосудия, периодически публикуются органами печати». Для контроля за исполнением закона Комитету Верховного Совета РСФСР по правам человека, который возглавлял Сергей Ковалев, поручили создать комиссию по реабилитации. Ей выдали полный доступ к архивам судов, прокуратуры и органов госбезопасности. ▪️Через две недели после 18 октября Анатолия Кононова изберут судьей первого состава Конституционного суда РСФСР, он проработает на этом посту почти 20 лет. Сергей Ковалев станет первым российским омбудсменом, но лишится должности за выступления против первой чеченской войны. Ковалев уйдет из жизни в 2021 году, Кононов — в 2022-м, когда в законодательство уже вернутся (под другими названиями) законы о криминализации инакомыслия. Затем, усиливая новые политические репрессии, власти станут бороться с памятью о прежних. ↗ Подписаться на 𝑼𝒓𝒃𝒊 𝒆𝒕 𝑶𝒓𝒃𝒊 · Купить бумажный сборник