Пережил вчера очень интересный для нашего времени опыт. Дюжина студенток Православного Свято-Тихоновского университета в Москве (ПСТГУ) приехала на Миланщину, чтобы провести неделю со студентками и студентами Миланского католического университета Святого Сердца. Как вы догадываетесь, в наше время дело почти неслыханное. И возможное только потому, что это не государственный обмен, хотя ПСТГУ вроде даже государственного статуса. Поскольку организовывали это дело мои друзья детства, они позвали с ребятней познакомиться, и мы съездили все вместе, с итальянцами, на святую гору в Варалло, первую из альпийских святых гор. Естественно, я согласился: для меня в радость любая встреча с москвичами, тем более из ПСТГУ, который стоит в двух трамвайных остановках от меня и где я не раз выступал. Я так люблю Варалло, что даже написал о нем научную статью, которая вышла весной в журнале "Средние века", главном нашем академическом журнале по медиевистике. Но экскурсию, не поверите, вел не я, а профессор Алессандро Роветта, отличный ренессансист. Благодаря ему нас пустили внутрь главной капеллы - Голгофы, созданной в начале XVI века Гауденцио Феррари, одним из лучших художников Ломбардии и Пьемонта того времени. Он многому научился и у Леонардо, и в Риме, но писал в собственном стиле, одновременно народном и аристократическом. Он же расписывал статуи в натуральную величину, которые тогда путники видели открытыми, а на за стеклом. Все было рассчитано на то, что ты вместе с чадами и домочадцами реально сливаешься с сорока евангельскими сценами, размещенными в этом "новом Иерусалиме", вместе с ними радуешься и страдаешь. А я ходил с ними часами и впитывал в себя радость общения наших детей и вспоминал 1991 год, когда мы так же вот приехали, жили в семьях, делили сухой паек на лавках, осваивали поэтику разговорной речи и слушали лекции и экскурсии, причем тоже на святой горе, но в Варезе. Тогда была радость открытия этого удивительного мира, вместе пели на итальянском, играли на гитарах и фортепьяно. Обретенное после 70 лет искусственного, навязанного большевиками затвора единство Востока и Запада казалось вечным. Потому что в 15 лет, знаете ли, все кажется вечным. Но несмотря на весь мой разумный пессимизм, вчера в этих пьемонтских горах я увидел, что мир возможен.