Ойкумена. Новости науки

@oekumenanews · Russian · active

Цель проекта "Ойкумена" — развитие и популяризация научных знаний об истории человечества от его истоков и до конца древности. В новостях науки - все актуальные новости из области истории, археологии, антропологии и комментарии к ним ведущих специалистов.

Subscribers 775 Subscribers, last 30 days: 755 → 775 +1 24h
Reach per post (ERR) 51.1%396 avg views
Posting 1.2/day last 1 hour ago
Reactions per 1K views 39.6 👍 🔥 ❤
  1. edited

    Находку комментирует Юрий Павлович Зайцев, кандидат исторических наук, директор музея-заповедника «Неаполь скифский»: «Перстень-печать — вещь повседневная. Им заверяли письмо, запечатывали дверь кладовой, и знак на щитке выбирали не случайно: печать представляла владельца. Изображение Фароса в этом качестве читается как знак города — на александрийских монетах маяк появляется при императоре Домициане и остается в чеканке до Коммода. Вопрос в том, насколько верно такие изображения передают черты сооружения. Античных свидетельств о маяке немного. Географ Страбон, видевший его своими глазами, отводит ему всего несколько строк: башня из белого камня, многоярусная, приношение Сострата Книдского, «друга царей», поставленное ради безопасности плавающих, «как говорит надпись» (Strab. XVII, 1, 6). У Плиния Старшего названы стоимость, 800 талантов, и разрешение царя вырезать на здании имя зодчего (Plin. NH. XXXVI, 83). Рассказ сатирика Лукиана о том, как Сострат вырезал свое имя в камне и прикрыл его штукатуркой с именем царя, записан четырьмя веками позже и противоречит Плинию; я считаю его назидательным анекдотом, а не свидетельством (Lucian. Quomodo hist. conscr. 62). Но ни один античный автор не описал, как была устроена сама башня. Об устройстве башни мы знаем от арабских авторов. Подробнее всех ее описал андалусец Юсуф ибн аш-Шейх из Малаги: в 1165 г. он поднялся на маяк с отвесом, камнем на бечевке, и промерил ярусы. Отсюда и трехъярусная схема: четырехугольное основание, восьмигранная середина, круглый верх. Здание к тому времени многократно чинили, а длина локтя, которым мерил Юсуф, точно неизвестна: пересчеты дают от ста с небольшим метров до 135. При такой скудости данных каждое античное изображение маяка — на монете, гемме, теперь и на перстне — самостоятельный источник. Остатки башни лежат на морском дне, и находили их постепенно. В 1961 г. александрийский ныряльщик Камаль Абу эс-Садат увидел у крепости Кайт-бея лежащие под водой статуи и каменные блоки; он же указал место, откуда год спустя силами египетского флота подняли колоссальную статую царицы в облике Исиды. В 1968 г. участок обследовала по заданию ЮНЕСКО археолог Онор Фрост, она первой высказала предположение о том, что эти остатки принадлежат маяку. В 1993 г. египетские власти, укрепляя волнолом у крепости, сбросили в море более двухсот бетонных блоков — прямо на античные камни; после этого Высший совет по древностям поручил спасательные раскопки археологу Жан-Иву Эмперёру. С 1994 г. на дне учтены несколько тысяч архитектурных блоков, среди них гранитные монолиты длиной свыше 11 м и весом по 75 т. В июне 2025 г. около двух десятков самых крупных подняли на берег, среди них створ монументальной двери. И к этим блокам, и к перстню нужно подходить с осторожностью. Блоки у Кайт-бея называют блоками маяка, хотя среди поднятого камня нет ни посвятительной надписи, ни частей венчавшей башню статуи: к маяку их относят по месту находки, по размерам, невозможным для рядовой застройки, и по изломам от падения. Эмперёр и Грималь допускали, что часть камня свезена сюда из других разрушенных построек Александрии [Empereur, Grimal 1997]. С перстнем то же: датировка по сходству с монетами ненадежна, изображение могло повторяться столетиями, и пока не опубликованы данные об условиях залегания и сопровождающем материале, II в. н. э. остается предположением, как и административная роль дворца в это время». Литература к комментарию Empereur, Grimal 1997 — Empereur J.-Y., Grimal N. Les fouilles sous-marines du phare d’Alexandrie // Comptes rendus des séances de l’Académie des Inscriptions et Belles-Lettres. 1997. Vol. 141. No. 3. P. 693–713. DOI: 10.3406/crai.1997.15771 Иллюстрация: Маяк на о. Фарос. Реконструкция Ж.-К. Гольвена, 1998 г. © Jean-Claude Golvin. По: jeanclaudegolvin.com #Зайцев

  2. В ушедшей под воду гавани Александрии нашли бронзовый перстень-печать с изображением Фаросского маяка Египетско-европейская подводная экспедиция нашла в Восточной гавани Александрии бронзовый перстень-печать с изображением Фаросского маяка. Его подняли со дна у затонувшего острова Антиродос, где стоял дворец Птолемеев. Об открытии в начале октября 2026 г. сообщило Министерство туризма и древностей Египта. Раскопки ведут Европейский институт подводной археологии (IEASM) под руководством Ф. Годдио и Главное управление подводных древностей Высшего совета по делам древностей Египта. В этом сезоне экспедиция работает на четырех участках: у храма Исиды, на месте дворца и западного холма Антиродоса, у остатков обелиска и в Тимонии — резиденции, которую связывают с пребыванием там Марка Антония. Антиродос входил в царскую Большую гавань (Portus Magnus); после серии землетрясений остров ушел под воду. По словам генерального секретаря Высшего совета по делам древностей Х. эль-Лейси, изображение маяка на перстне похоже на изображения Фароса на александрийских монетах II в. н. э. [Министерство туризма и древностей Египта 2026]. Эль-Лейси называет находку первым известным перстнем-печатью с изображением маяка. Отдельной датировки самого перстня в сообщении нет: о его времени судят по сходству с монетами. Изображения маяка на печатях были известны и прежде: несколько резных гемм с Фаросом приводит А. Чагг в монографии о маяке [Chugg 2024]. Поэтому новизна относится к перстню-печати как типу предмета, а не к сюжету. Маяк построили около 300–280 гг. до н. э. при Птолемее I и Птолемее II на острове Фарос, у входа в ту же гавань. Он простоял до 1303 г., когда его разрушило сильное землетрясение; в 1326 г. Ибн Баттута застал первый ярус уже в руинах. Находка ставит вопрос о функциональном назначении дворца на Антиродосе. Царские постройки на острове видел и описал Страбон, побывавший в Египте в 20-х гг. до н. э. (Strab. XVII, 1, 9). По мнению эль-Лейси, перстень может указывать на то, что дворец использовался в административных целях еще во II в. н. э., возможно, в том числе для управления маяком. Это пока предположение: в сообщении не говорится, в каком слое и рядом с какими предметами лежал перстень. Остальные находки сезона охватывают около восьми веков. Керамика датируется временем от IV в. до н. э. до IV в. н. э.: это бытовая и столовая посуда, амфоры, бутыли, светильники; найдены также обломки стеклянных сосудов. С 1996 г. на Антиродосе экспедиция изучает храм Исиды. Как пишет Годдио в вышедшей в 2026 г. монографии, святилище стояло на набережной, которая обрушилась, вероятно, при землетрясении около 50 г. н. э. [Goddio 2026]. После окончания сезона в Восточной гавани экспедиция начнет новые исследования в Абукирском заливе. Источники Министерство туризма и древностей Египта 2026 — [Сообщение о работах египетско-европейской подводной экспедиции в Восточной гавани Александрии] // Ministry of Tourism and Antiquities: страница в Facebook. 2026. URL: https://www.facebook.com/tourismandantiq/posts/pfbid0ZSfZDKirrtxmPyGRTAJp6ejRPFGrjeyfxfaZmqBHAvoUn7xmzdYdW4vSBsLQWmy7l (дата обращения: 06.10.2026) Литература Chugg 2024 — Chugg A. M. The Pharos Lighthouse in Alexandria: Second Sun and Seventh Wonder of Antiquity. London; New York: Routledge, 2024. (Routledge Monographs in Classical Studies) Goddio 2026 — Goddio F. The Iseum of the Royal Island of Antirhodos. Oxford: Oxford Centre for Maritime Archaeology, 2026 Фотографии: Перстень в момент находки ©C. Gerigk / F. Goddio / Hilti Foundation Перстень с изображением Александрийского маяка ©C. Gerigk / F. Goddio / Hilti Foundation Команда исследователей Ф. Годио. На переднем плане – обелиск, обнаруженный на дне александрийской бухты ©C. Gerigk / F. Goddio / Hilti Foundation #Египет #Александрия #Александрийский маяк

  3. О породах собак в древнем Египте и о том, какую роль они играли в жизни египтян рассказал руководитель лаборатории исторической экологии Института проблем эволюции и экологии РАН, доктор биологических наук Аркадий Борисович Савинецкий. «В древнем Египте обычно выделяется несколько пород собак — группа борзых собак (тесемы, салюки, слюги, басенджи) и более мощные собаки — мастифы. Еще отдельно выделяют собак-парий, которые включают в себя как одичавших (бездомных) собак, так и собак, представляющих собой переходную стадию между волками и собаками. И, конечно, группа карликовых собак. В данном случае представлена борзая собака с висячими ушами — салюки или слюги, которые разделяются кинологами на две породы. Древность салюки подтверждена генетиками [Parker et al. 2004], однако вывод о полном соответствии современным породам может быть сделан только после комплексных морфологических и полногеномных исследований современных и ископаемых собак. Соответствие же их рисункам — отдельный очень сложный вопрос. Самые ранние кости домашних собак в Египте найдены в Западной пустыне (Набта-Плайя, Бир-Кисейба) в слоях VI тыс. до н. э., а с V тыс. до н. э. собаки обычны на стоянках Файюма и дельты Нила [Linseele et al. 2014]. Хоронить собак начали уже в додинастическое время. Больше всего их — 28 особей в семи могилах — найдено в элитном некрополе HK6 в Иераконполе, вокруг гробницы правителя (около 3650 г. до н. э.); по мнению археологов, они служили для охоты и выпаса скота [Site HK6 2025]. Главным занятием собак, судя по изображениям, была охота, но они также сторожили дом и стада, а любимцев хоронили с почестями. Надпись Древнего царства из Гизы сообщает, что царь пожаловал псу Абутиу, «стражу Его Величества», гроб, полотно, благовония и гробницу, «чтобы он был почтен перед великим богом Анубисом» [Reisner 1936]. Бога в облике домашней собаки у египтян не было: Анубис, Упуаут, Хентиаменти и Дуамутеф изображались в облике дикого псового, которого принято называть шакалом. В Позднее время священным животным Анубиса стала и домашняя собака. Геродот писал, что после смерти собаки хозяева обривали голову и все тело (Herod. II, 66), а в катакомбах Анубиса в Северной Саккаре (с IV в. до н. э.) погребено около 7,7 млн животных, в основном собак, часто новорожденных щенков; их приносили в дар паломники [Nicholson et al. 2015: 655]. Кличка пса из TT 21 показывает, что собаку связывали с Анубисом задолго до этого — уже в начале XVIII династии». Литература: Linseele et al. 2014 — Linseele V., Van Neer W., Thys S. [et al.] New Archaeozoological Data from the Fayum “Neolithic” with a Critical Assessment of the Evidence for Early Stock Keeping in Egypt // PLoS ONE. 2014. Т. 9. № 10. Ст. e108517. DOI: 10.1371/journal.pone.0108517 (дата обращения: 05.10.2026). Nicholson et al. 2015 — Nicholson P. T., Ikram S., Mills S. The Catacombs of Anubis at North Saqqara // Antiquity. 2015. Т. 89. № 345. С. 645–661. DOI: 10.15184/aqy.2014.53 (дата обращения: 05.10.2026). Parker et al. 2004 — Parker H. G., Kim L. V., Sutter N. B. [et al.] Genetic Structure of the Purebred Domestic Dog // Science. 2004. Т. 304. № 5674. С. 1160–1164. DOI: 10.1126/science.1097406 (дата обращения: 05.10.2026). Reisner 1936 — Reisner G. A. The Dog Which Was Honored by the King of Upper and Lower Egypt // Bulletin of the Museum of Fine Arts. 1936. Т. 34. № 206. С. 96–99. Site HK6 2025 — Site HK6: The Elite Predynastic and Early Dynastic Cemetery // Hierakonpolis Online. [2025]. URL: https://www.hierakonpolis-online.org/index.php/explore-the-predynastic-cemeteries/hk6-elite-cemetery (дата обращения: 05.10.2026). #Савинецкий #Саккара #Геродот #Гиза

  4. Египтологи нашли в фиванской гробнице имя собаки, связанное с Анубисом Американский египтолог Ч. Кауфман (Университет Джонса Хопкинса) обнаружила в гробнице фиванского вельможи Усера (TT 21) ранее не читавшуюся надпись с именем собаки — dwȝ.ty, «Тот, кто из подземного мира». Это эпитет бога Анубиса, связанного со смертью и загробным миром, и уникальное имя среди собак древнего Египта — ни одна из почти ста известных кличек с ним не совпадает. Гробница TT 21 расположена в некрополе Шейх-Абд-эль-Курна на западном берегу Нила в Фивах (современный Луксор). Ее владелец Усер служил писцом и управляющим при фараоне Тутмосе I; гробница датируется периодом его правления (около 1504–1492 гг. до н. э.) и, возможно, захватывает начало правления Хатшепсут (около 1473–1458 гг. до н. э.), то есть надписи около 3,5 тыс. лет. Как и большинство фиванских гробниц-часовен, она была разграблена задолго до научного изучения. Формальную научную фиксацию гробница получила в 1913 г.: тогда она вошла под номером TT 21 в свод А. Гардинера и А. Вейгалла «Topographical Catalogue of the Private Tombs of Thebes», и в том же году британский египтолог Н. де Гарис Дэвис скопировал ее росписи и опубликовал их в томе «Five Theban Tombs» серии Egypt Exploration Fund. Подробное архитектурное описание гробницы позже дали Б. Портер и Р. Мосс (1-е изд. 1927 г., переработанное — 1960 г.). Имя собаки было практически неразличимо из-за выцветания краски. Кауфман усилила контраст на фотографиях гробничной росписи с помощью плагина DStretch для программы ImageJ, что позволило прочитать поблекшие иероглифы. На изображении под креслом Усера сидит пес породы слюги — белый, со стройным телосложением, свисающими ушами и закрученным хвостом, характерными для породы, но с редким рыжевато-тигровым (бриндл) узором на шерсти, аналогов которому среди известных изображений собак в египетском искусстве не найдено. Имя сопровождается редким детерминативом в виде сидящей собаки — таких известно всего два случая. В той же гробнице изображены еще два пса с именами «Сильный» и «Верный». По данным Кауфман, из почти ста задокументированных имен собак в древнем Египте больше половины происходят из частных гробниц: собаки были одними из немногих животных, которых египтяне наделяли личными именами, что указывает на их особый статус и роль в представлениях хозяина о загробной жизни. Источник: Kaufman C. An 18th Dynasty Dog's Name from Thebes // The Journal of Egyptian Archaeology. 2026. DOI: 10.1177/03075133261487455 (дата обращения: 04.10.2026). Иллюстративный материал Роспись гробницы TT 21. Фото: Дж. Дж. Ширли (J. J. Shirley). Опубл.: [Kaufman 2026]. Лицензия CC BY-NC 4.0. Хозяин гробницы TT21 Усер перед жертвенным столом. Роспись гробницы TT 21. Рисунок: Н. де Гарис Дэвис, 1913 г. Общественное достояние. Распеленутые мумии собаки и обезьяны из гробницы KV 50 в Долине царей. Рисунок: Э. Х. Джонс (E. Harold Jones), 1908 г. Общественное достояние. #Египет #Фивы #Анубис #собаки

  5. edited

    Исследование комментирует один из его авторов — Светлана Владимировна Шарапова, доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник центра археологии эпохи металла Института истории и археологии УрО РАН: «Саргатская культура — наиболее крупная археологическая культура раннего железного века лесостепной зоны Зауралья и Западной Сибири, история научного изучения которой насчитывает более ста лет. К наиболее ярким памятникам относится могильник Исаковка I, в курганах № 3 и № 4 которого Л. И. Погодиным в 1989 г. обнаружены беспрецедентные по составу погребального инвентаря захоронения. Палеогенетический анализ погребенных — только часть разнопланового исследования материалов, которые в настоящее время готовятся к публикации. Результаты определений позволили в одних случаях подтвердить пол индивидов, определенный антропологами, в других — устранить разнобой и сомнения в антропологических определениях, сделанных в разное время разными исследователями. Возможность прямого родства двух рассматриваемых здесь мужчин свидетельствует в пользу археологической синхронности этих захоронений, различия в инвентаре и планиграфии объектов могут объясняться обстоятельствами смерти или иными причинами, которые не нашли отражения в археологическом источнике. Генетические исследования подтвердили высказанное ранее утверждение, что мотивы, лежавшие в основе погребальной практики саргатского населения, включая и захоронение под одним курганом, носили более сложный и разносторонний характер. С учетом того, что в кургане 3 находились захоронения одного из братьев и их тети, интерпретация саргатских курганов как семейных кладбищ не лишена оснований. Однако необходим анализ дополнительных серий образцов из разных могильников культуры. Полученная генетическая характеристика группы, оставившей исаковские курганы 3 и 4, дает новую информацию о генофонде древнего населения как на локальном уровне, так и вне саргатской ойкумены». Видео. Саргатский всадник: реконструкция по археологическим данным, выполненная средствами генеративного ИИ. Автор — Е. Г. Толмачева. #Шарапова #саргаты #палеогенетика

  6. Братья из разных курганов: прочитана ДНК саргатской элиты Палеогенетики под руководством И. Э. Альборовой (Московский физико-технический институт) опубликовали в «Уфимском археологическом вестнике» результаты изучения ДНК восьми человек из двух элитных курганов могильника Исаковка I в Среднем Прииртышье. Главный результат оказался неожиданным: двое мужчин, погребенных в разных насыпях и совершенно по-разному, были полнородными братьями [Альборова и др. 2026]. Саргатская культура — крупнейшая культура раннего железного века в лесостепи Зауралья и Западной Сибири; ее памятники относят ко второй половине I тыс. до н. э. — III в. н. э. Могильник Исаковка I лежит на правом берегу Иртыша в Омской области. Курганы 3 и 4, раскопанные Л. И. Погодиным в 1989 г., разделяло 120 м, высота насыпей достигала 4,6 и 3,3 м. Богатство этих погребений для саргатского мира исключительно. В неограбленной могиле 6 кургана 3, на глубине 5 м, лежал мужчина 20–25 лет: при нем глиняная, бронзовая, серебряная и лаковая посуда, меч и кинжал в лаковых ножнах, оружие, уздечный набор, золотые украшения и пара золотых поясных пластин. Был там и кувшин северокавказского облика — его поставили в могилу полным: анализ осадка показал не вино, а перебродивший напиток на меду с солодом, осветленный рыбьим клеем. Мужчина 30–40 лет из могилы 2 кургана 4 снаряжен похоже, но поясные пластины у него бронзовые, а не золотые. Третий мужчина лежал вовсе не в могиле: его нашли в заполнении рва кургана 3, в позе «брошенного», с неестественно подогнутыми руками, без вещей и головой на юго-восток — саргаты же клали умерших головой на север. Три независимые программы анализа родства сошлись: человек изо рва и мужчина из могилы 2 кургана 4 — родные братья. Суммарная длина общих участков ДНК у них около 3200–3300 сантиморган, как и положено родственникам первой степени, а митохондриальная линия U4b1a1a1 у обоих одна и та же — значит, общей была и мать. Женщина 18–22 лет из могилы 3 кургана 3, похороненная с уздечным набором, золотыми нашивками и лаковыми изделиями, приходится обоим теткой. Заодно генетика исправила определения пола. «Брошенного» во рву антропологи считали женщиной 40–45 лет — ДНК показала мужчину. Погребенного в могиле 1 кургана 3, наоборот, определяли как мужчину около 60 лет — а это женщина. Для троих удалось предсказать внешность. У всех карие глаза и промежуточный тип пигментации кожи; женщина из могилы 3 была темноволосой, а мужчина изо рва и женщина из кургана 4 — рыжими, с разными оттенками. У трех мужчин определена молодая ветвь гаплогруппы N — N1a1a1a1a2a1c~(Y13851), общий предок которой жил около 4100 лет назад; для саргатской культуры такая детализация получена впервые. Та же линия известна у погребенных в могильниках Уелги в Южном Зауралье, которых связывают с протомадьярами. Вывод «саргаты — предки венгров» отсюда не следует: у современных венгров гаплогруппа N редка (1–2 %). Речь об устойчивых связях уральских, степных и сибирских популяций на протяжении тысячелетий. Авторы осторожны: изучены две насыпи одного могильника. Но то, что в одном кургане лежат брат и тетка, а второй брат — в соседнем, возвращает к давнему спору о том, были ли саргатские курганы семейными кладбищами. Литература Альборова и др. 2026 — Альборова И. Э., Мустафин Х. Х., Труфанов А. Я., Шарко Ф. С., Шарапова С. В. Палеогенетические исследования погребенных в курганах 3 и 4 могильника Исаковка I // Уфимский археологический вестник. 2026. Т. 26. № 3. С. 649–677. DOI: 10.31833/uav/2026.26.3.035 Подписи к иллюстрациям Ил. 1. Планы курганов 3 и 4 могильника Исаковка I. Ил. 2. Кувшин северокавказского облика из могилы 6 кургана 3. Фото А. Я. Труфанова. Ил. 1 — по: Альборова И. Э. и др. // Уфимский археологический вестник. 2026. Т. 26. № 3; ил. 2 — по: Шарапова С. В. и др. // История, археология и этнография Кавказа. 2022. Т. 18. № 2. Обе статьи в открытом доступе, лицензия Creative Commons Attribution. #Россия #саргаты #палеогенетика

  7. За комментарием к новости мы обратились к старшему научному сотруднику Института «Царьград», старшему научному сотруднику НИИ и Музея антропологии МГУ Алексею Александровичу Кролу: «Толкование петроглифа из Мисиды как пограничного знака выглядит вполне правдоподобным. Помещать изображения и надписи правителя на рубежах подвластной ему территории — давняя традиция долины Нила. Самый известный пример — пограничная стела Сенусерта III (XIX в. до н. э.) из Семны, выше Второго порога. Фараон объявляет в ней южную границу Египта и сообщает, что велел поставить на этом рубеже свое изображение, чтобы потомки стояли за этот рубеж и сражались за него [Lichtheim 1973: 118–120]. Образ царя здесь не просто напоминание о его власти: он как бы замещает самого правителя на краю его владений. Около 1500 г. до н. э. Тутмос I во время похода против царства Керма оставил скальную надпись у Томбоса — примерно в 20 км выше по течению от Мисиды. Еще дальше к югу, у Кургуса между Четвертым и Пятым порогами, стелы Тутмоса I, а позднее и Тутмоса III, сопровожденные изображениями львов — символов царской мощи, отмечали крайний южный предел египетских владений [Davies 2001]. На северном рубеже тот же Тутмос I поставил стелу на берегу Евфрата, и его внук Тутмос III, по его собственным словам, установил свою рядом с ней. Кушитские цари унаследовали этот обычай. Рельеф мероитского правителя Шеркарера (I в. н. э.) у Джебель-Гейли изображает его перед солнечным божеством, которое вручает царю связку из семи связанных пленников; ниже высечены пленники, падающие с горного склона, а еще четверо образуют подножие, на котором стоит Шеркарер [Hintze 1959: 189–192]. Авторы статьи справедливо видят в этом рельефе знак мероитской власти на южной окраине царства. Поэтому и монументальная фигура над Нилом у Третьего порога — в местности, которая тысячелетиями оставалась пограничной между Египтом и Нубией, а затем между северными и южными нубийскими царствами, — вполне могла выполнять ту же роль. Название „Бейт Китченер“ („Дом Китченера“) авторы статьи не объясняют. Скорее всего, оно восходит к событиям 1896 г., когда сердар (главнокомандующий) египетской армии Г. Г. Китченер повел англо-египетские войска вверх по Нилу на Донголу. Армия прошла через Махас, в 1896–1897 гг. по восточному берегу до Кермы протянули военную железную дорогу, а в сентябре 1896 г. у Кермы, совсем недалеко от Мисиды, произошло сражение при Хафире — на противоположном, западном берегу. В памяти суданцев Китченер стал олицетворением чужой, „христианской“ власти, и заброшенная церковь, которую местные жители не связывали со своим собственным прошлым, превратилась в „дом Китченера“. Второе название — „Бейт Шайтан“, „Дом шайтана“ — выражает то же отношение к постройке как к чуждой и опасной. Впрочем, это лишь предположение: проверить его можно, только расспросив самих жителей Мисиды». Литература Davies 2001 — Davies W. V. Kurgus 2000: The Egyptian Inscriptions // Sudan & Nubia. 2001. No. 5. P. 46–58 Hintze 1959 — Hintze F. Preliminary report of the Butana Expedition, 1958 // Kush. 1959. Vol. 7. P. 171–196 Lichtheim 1973 — Lichtheim M. Ancient Egyptian Literature: A Book of Readings. Vol. 1: The Old and Middle Kingdoms. Berkeley; Los Angeles; London: University of California Press, 1973 #Крол #Сенусерт #Тутмос # Томбос #Кургус #Семна

  8. Церковь в Судане была выстроена рядом с наскальным изображением кушитского правителя И. Цесельская (Варшавский университет) и ее коллеги опубликовали в журнале Antiquity предварительные итоги изучения района Мисида в области Махас на севере Судана (Ил. 1). В центре их внимания — церковь VII в., возведенная вокруг изображения. По мнению авторов, это — кушитский правитель, но ни дата, ни личность изображенного пока не установлены. Мисида лежит у Третьего порога Нила, на рубеже северных областей, которые в разные периоды истории Судана находились под властью Египта. Проект «Добрый пастырь из Мисиды» продолжает начатую Хартумским университетом разведку района Махас (руководители — А. Осман и Д. Эдвардс). Во время разведки зафиксировано почти 300 памятников. Больше всего следов оставили мезолит (12–8,2 тыс. лет назад), поздний неолит и период пре-Керма (ок. 3000–2500 гг. до н. э.) и христианская эпоха (ок. VI–XV вв.). В керамике периодов пре-Керма и Керма смешаны черты северных и южных традиций, что авторы считают признаком пограничного положения Махаса. Кушитский период (IX в. до н. э. — IV в. н. э.) представлен скудно, но именно к нему может относиться главный памятник. На валуне, к которому пристроена церковь (памятник MAS021), выбита мужская фигура высотой ок. 2,5 м, рядом с ней — две козы [Drzewiecki et al. 2023]. Ее называют «царем-воином». Прежние исследователи относили петроглиф к керманскому или, шире, кушитскому времени. Правителя в нем авторы видят прежде всего из-за размеров: изображения человека такого масштаба в Нубии единичны, а ближайшая параллель — рельеф мероитского правителя Шеркарера у Джебель-Гейли, который они трактуют как знак мероитской власти на южной окраине царства. В окрестностях Мисиды похожих по размеру и стилю изображений нет, но на нескольких соседних памятниках встречаются упрощенные фигуры «царя-воина», вероятно подражающие монументальной [Drzewiecki et al. 2023]. Все это, по мнению авторов, подкрепляет версию, что фигура отмечала пограничье, но точную дату еще предстоит установить. На том же гранитном холме выбиты крупные изображения льва, слона и, возможно, носорога, а также небольшие фигурки быков. Вокруг церкви найдены христианские кресты и корабли, антропоморфные фигуры неясной датировки и зооморфные изображения периода Керма; по мнению авторов, территория памятника использовалась непрерывно. Церковь, как считают исследователи, возникла на месте, значимом на протяжении тысячелетий, и стала центром местного сакрального ландшафта: часть христианских петроглифов в округе явно указывает на нее. Среди керамики христианского времени есть кубки, характерные для раннего царства Нобадия, и ранняя посуда в стиле мастерских Донголы — столицы царства Макурия (конец V–VII в.). Этнографы записали местный фольклор: в нем петроглифы, церковь и руины постсредневековой крепости Диффи-Аллирки связаны с золотом и духами. Церковь и крепость считались одновременно проклятыми и чудотворными, к ним ходили паломники и приносили дары. Сейчас их почитание угасает: церковь называют «Бейт Китченер» или «Бейт Шайтан», а главным святым местом стало святилище суфийского шейха Кумана в деревне. Литература Ciesielska et al. 2026 — Ciesielska J. A., Drzewiecki M., Innemée K. C., Kurcz M., de Lellis-Danys K., Osypiński P., Polkowski P. L., Rosa K. A., Zielińska D. Miseeda: between kingdoms, through epochs — reconstructing a history of the Mahas region (Sudan) // Antiquity. 2026. P. 1–8. DOI: 10.15184/aqy.2026.10427 Drzewiecki et al. 2023 — Drzewiecki M., Polkowski P., Ciesielska J. Archaeological survey in Miseeda, Sudan (season 2022–2023) // Polish Archaeology in the Mediterranean. 2023. Vol. 32. No. 2. P. 203–216. DOI: 10.37343/uw.2083-537X.pam32.2.01 Иллюстрации: Наскальное изображение. Возможно – правитель Куша ©C. Calaforra-Rzepka, from J. A. Ciesielska et al., Antiquity (2026) Церковь в Мисиде. На скале за церковью видно изображение ©S. Lenarczyk, from J. A. Ciesielska et al., Antiquity (2026) Карта с указанием топонимов, упомянутых в новости #Судан #Куш #Мероэ #Нобадия #Макурия

  9. edited

    Прокомментировать новость мы попросили Елену Геннадьевну Толмачеву, кандидата исторических наук, старшего научного сотрудника Института «Царьград», научный сотрудник Научно-исследовательского института и Музея антропологии имени Д. Н. Анучина МГУ имени М. В. Ломоносова. Она рассказала, сколько труда стоила одна ткань и из чего ее могли изготавливать в неолите: Чтобы оценить находку, надо понимать, насколько скудны наши сведения о древнейших тканях. Самое раннее прямое свидетельство ткачества — отпечатки ткани на глине из Ярмо в Северном Ираке, около 7000 г. до н. э. Настоящие ткани начинаются с Нахаль-Хемара в Иудейской пустыне (ок. 6500 г. до н. э.) и Чатал-Хююка (ок. 6000 г. до н. э.) — и это, по сути, все. В Египте первые следы ткачества появляются только в V тыс. до н. э., на полторы тысячи лет позже анатолийских. Экши-Хёюк попадает ровно в тот промежуток, от которого тканей не осталось вовсе. Сколько труда уходило на одно полотнище, удалось подсчитать лишь однажды. Для савана 7×2 м из пещеры Нахаль-Мишмар в Иудейской пустыне (ок. 4000 г. до н. э.) потребовалось около 41 км нити: 3500 нитей основы — так называют продольные нити, натянутые на станке, — и 8400 прокидок утка, то есть нити поперечной. По расчетам израильских исследователей, на изготовление одного этого савана ушло порядка 430 человеко-дней, из них 248 — только на прядение. За одним таким полотнищем стоял труд целой семьи за сезон; расходным материалом ткань в древности не была. Из чего пряли в Экши-Хёюке, по находкам сказать нельзя, но круг возможностей узок. Шерстяных волокон на Ближнем Востоке ранее IV тыс. до н. э. не найдено: в Шумере шерсть станет основой хозяйства, но это на две с лишним тысячи лет позже. Спор идет лишь о том, когда овечий волос начали использовать вообще: археозоологи, судя по составу стад, относят это уже к VII тыс. до н. э., но самих волокон среди находок нет. Первые овцы, которых удалось доместицировать, и не давали руна в привычном смысле: под жестким остевым волосом у них был тонкий подшерсток, который сезонно линял, и его выщипывали, а не стригли. Так что в неолите пряли растительное волокно — и здесь недавно обнаружилось неожиданное: ткани Чатал-Хююка, которые полвека считали льняными, при новом изучении оказались сделанными из луба — внутренней коры дуба, вяза и ивы [Rast-Eicher et al. 2021]. На этом фоне понятно, почему так важен фрагмент фигурки с переданной на нем одеждой. Орудия говорят, что ткань делали; изображение говорит, что ее красили. Правда, истолкование красно-бежевых крестов как декора вызывает сомнения: мне представляется, что перед нами изображение одеяния, окрашенного красным — например, охрой. Узор ли это или крой из цветного полотна — по обломку торса не решить. Но цвет был заметен и, видимо, что-то значил для того, кто эту одежду носил. Видео. Реконструкция древнего ткачества с использованием ИИ. Автор: Е. Г. Толмачева. #Толмачева #Чатал-Хююк

  10. Печь для обжига пряслиц: в Анатолии открыто поселение ткачей VII тыс. до н. э. 22 сентября 2026 г. стало известно о работе Ф. Дедеоглу (Эгейский университет) и Б. Темюра (Измирский университет демократии), вышедшей в турецком журнале Höyük. Авторы свели вместе все находки, связанные с прядением и ткачеством в Экши-Хёюке — поселении в провинции Денизли на западе Турции, — и показали, что здесь пряли и ткали уже в 6200–6000 гг. до н. э. [Dedeoğlu, Temür 2026]. Археологический текстиль — одна из самых недолговечных и редких категорий находок: от всего неолита Ближнего Востока до нас дошло несколько десятков фрагментов, да и те уцелели случайно — обуглились при пожаре или сохранились в пещере с особым микроклиматом. Поэтому о ткачестве судят по орудиям, и ценность Экши-Хёюка в том, что здесь есть сразу и то, чем пряли, и то, чем ткали, и место, где эти орудия изготавливали. Основа коллекции — 57 глиняных пряслиц. Пряслице — грузик с отверстием, насаженный на веретено. Он работает как маховик: раскрученное веретено вращается дольше и ровнее, и нить выходит одинаковой по толщине. Диаметр пряслиц 4–4,5 см, вес 35–80 г — заметный разброс, а значит, в поселении пряли нити разной толщины. Рядом лежали костяные шилья и иглы, на которых уцелели следы нитей, а также любопытная находка длиной 5 см с прорезью около 1 см — возможно, челнок, которым продевали поперечную нить между натянутыми продольными. Нашлись и два глиняных грузила: такие подвешивают снизу к продольным нитям, чтобы те не провисали на вертикальном станке. Самое неожиданное — печь, в которой пряслица обжигали, и отпечатки соломенной циновки рядом: на ней их, по-видимому, подсушивали перед обжигом. Одна из построек, судя по всему, целиком отводилась под изготовление пряслиц — это уже не домашнее рукоделие, а зачатки ремесла со своим рабочим местом. При этом ткали все же по домам. Орудия распределены по поселению неравномерно: больше всего их в постройках с закругленным торцом, а в прямоугольных домах прядение — лишь одно из многих занятий. Общей мастерской, куда сносили бы работу со всего поселения, не было. Отдельная находка — фрагмент глиняной фигурки со следами росписи, изображавшей одежду: красно-бежевый узор из крестов. Ткани не сохранились, и это изображение — единственное свидетельство того, что их красили. Насколько велика коллекция, видно из сравнения: в соседнем Улуджак-Хёюке найдено 265 пряслиц и 42 грузила, а в знаменитом Чатал-Хююке, ровеснике Экши-Хёюка, — всего одно пряслице. Но главное — не число находок. Пряслица известны на десятках неолитических поселений, однако обычно археологу достается одно звено производства, вырванное из цепочки. В Экши-Хёюке впервые для этого времени прослеживается вся цепочка целиком: мастерская, где делали сами орудия, орудия для прядения, орудия для ткачества — и изображение готовой ткани на фигурке. Отсюда и вывод авторов: перед нами древнейшее свидетельство ткачества во внутренних районах Западной Анатолии. Источники Arkeonews 2026 — Altuntaş L. In Türkiye’s textile heartland, archaeologists uncover an 8200-year-old workshop // Arkeonews. 22.09.2026. URL: https://arkeonews.net (дата обращения: 02.10.2026) Литература Dedeoğlu, Temür 2026 — Dedeoğlu F., Temür B. Early Evidence for Prehistoric Weaving in Inner Western Anatolia: The Case of Ekşi Höyük // Höyük. 2026. Vol. 17. P. 1–18. DOI: 10.37879/hoyuk.2026.1.001 Rast-Eicher et al. 2021 — Rast-Eicher A., Karg S., Bender Jørgensen L. The use of local fibres for textiles at Neolithic Çatalhöyük // Antiquity. 2021. Vol. 95. No. 383. P. 1129–1144. Подписи к иллюстрациям Ил. 1. Постройки фазы 4: дома с закругленным торцом и прямоугольные. Ил. 2. Находки на месте: необожженные пряслица со следами циновки, предполагаемый челнок и игла со следом нити. Ил. 3. Пряслица и ткацкие грузила. Ил. 4. Фрагмент глиняной фигурки с росписью одежды. Карта. Памятники раннего ткачества Ближнего Востока; Экши-Хёюк выделен красным. Ил. 1–4 — по: Dedeoğlu F., Temür B. // Höyük. 2026. Vol. 17. (CC BY-NC 4.0.). #Турция #неолит #ткачество

  11. Выставку сопровождает большая лекционная программа. Список лекций можно найти по вышеуказанной ссылке. Одна из лекций, которую прочтет Георгий Ломтадзе, перекликается с названием нашего проекта и канала: «Патрей — греческий город на краю Ойкумены» https://shm.ru/education/lektsiya-patrey-grecheskiy-gorod-na-krayu-oykumeny/

  12. С 23 сентября по 30 ноября 2026 года в Государственном историческом музее проходит выставка «Открытие античного города. Патрей. 100 лет исследований» https://shm.ru/shows/vystavka-otkrytie-antichnogo-goroda-patrey-100-let-issledovaniy/ Чем интересен Патрей и что показывают на выставке, рассказал «Ойкумене» один из ее кураторов Георгий Альбертович Ломтадзе, кандидат исторических наук, заведующий сектором отдела археологических памятников Исторического музея: "Наша выставка посвящена сразу нескольким вопросам. Во-первых, это, конечно же, 100-летие систематических исследований Патрея. Не каждый памятник может похвастаться таким долгим вниманием к себе. Даже в двух столицах Боспора — Пантикапее и Фанагории — плановые и систематические раскопки начались позднее. При этом сам Патрей — тяжелый для исследований памятник: большая часть его (не менее 6 га) затоплена водами Таманского залива, а значительная часть поселения на суше застроена или разрушена строительством в новейшее время. Несмотря на это, памятник всегда привлекал и привлекает к себе внимание исследователей. На выставке представлены находки, полученные при раскопках памятника с 1950-х гг. по сегодняшний день, в том числе два монетных клада римского времени, расписная керамика, каменный якорь и т. д. Второй аспект выставки — личность Алексея Степановича Башкирова, одного из самых талантливых исследователей своего поколения. Именно он в 1926 г. начал раскопки в восточной части Патрея. Судьба Алексея Степановича сложилась непросто: начиная с 1935 г. он попал в жернова репрессий, был осужден и сослан, затем реабилитирован. Но до конца своей жизни (умер в 1963 г.) он продолжал исследования Патрея. На выставке представлены уникальные материалы из его архива, хранящиеся в Историческом музее, — дневники, фотографии, живописные работы. Наконец, важную часть выставки составляют вещи, связанные с нынешним этапом раскопок: инструменты, дневники и снимки сегодняшних исследователей. Важнейшей составляющей выставки является кооперация с художниками Национального союза пастелистов. В экспозиции представлены картины, написанные в стенах Исторического музея и в полевом лагере Таманской экспедиции в течение 2026 г. и отобранные по конкурсу для участия в проекте. Фотографии: Экспозиция выставки ©ГИМ #ГИМ #Крым #Патрей #Ломтадзе

  13. Что эта находка дает для понимания Теотиуаканской державы, объясняет Александр Владимирович Сафронов, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института «Царьград», доцент кафедры истории древнего мира исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова, специалист по древним майя и их иероглифической письменности: "Открытие, сделанное датскими и мексиканскими коллегами в Чалькацинго, важно для понимания характера связей внутри Теотиуаканской державы — крупнейшего политического образования Мезоамерики раннего классического периода (III–VI вв.). Сам Чалькацинго — памятник древний: его расцвет пришелся на вторую половину среднего формативного периода (900–500 гг. до н. э.), когда он был важным культовым и местным политическим центром долины Морелос; на то же время приходится пик строительства и создания рельефов. Очевидно, что почитаемым храмовым центром Чалькацинго оставался и позже, в начале I тыс. н. э., когда Центральную Мексику покорил Теотиуакан. Долина Морелос, примыкающая с юга к долине Мехико, была покорена во второй половине III в. и, видимо, стала одной из зависимых областей и частью ядра Теотиуаканской державы, окончательно сложившейся к концу V в. в результате масштабных завоеваний, особенно на востоке Мезоамерики. В государственной идеологии важное место занимали культы, связанные с войной и почитанием воинов, в том числе, по всей видимости, воинских орденов, с одним из которых может быть связан титул во втором знаке. Находки в Пещере 19 эту систему культов, похоже, и отражают: значимое культовое место Центральной Мексики, изначально с культурой Теотиуакана не связанное, стали использовать для обрядов господствующего политического объединения. Показательно и то, что топоним «Поющая гора» известен по росписям Тетитлы в самом Теотиуакане, где изображена процессия жрецов, рассыпающих благовония: гора, судя по всему, была местом паломничества. Остается, однако, дискуссионным, идет ли речь о паломниках из Теотиуакана или о культах, которые отправляли переселенные сюда теотиуаканцы — администрация и колонисты. Кроме того, новые примеры записи дополняют известный корпус знаков письменности Теотиуакана. Это важно и для поисков дешифровки, и, в частности, для понимания того, как в раннеклассический период строились топонимические обозначения». #Сафронов

  14. +3

    Знаки письменности Теотиуакана в гроте Чалькацинго указывают на обряды в честь павших воинов 24 сентября 2026 г. в журнале Antiquity вышла работа, в которой три рисунка, нанесенные красной краской в небольшом гроте рядом с археологическим памятником Чалькацинго (штат Морелос, Мексика), определены как знаки письменности Теотиуакана. По мнению авторов, знаки содержат топоним и воинский титул и связаны с обрядом, в котором использовался огонь; все это относится к IV–VI вв. н. э. Исследование подготовили К. Хельмке и Й. Нильсен (Копенгагенский университет), К. Меса Родригес и М. Кордова Тельо (Национальный институт антропологии и истории Мексики) [Helmke et al. 2026]. Чалькацинго расположен в 90 км к юго-востоку от Мехико, между холмами Серро-Чалькацинго и Серро-Дельгадо, и известен более чем 50 наскальными рельефами в ольмекском стиле среднего формативного периода (ок. 900–500 гг. до н. э.). Грот, обозначенный как Пещера 19, находится на западном склоне Серро-Дельгадо, на трети его высоты. Это неглубокий скальный навес шириной 5,43 м и глубиной до 2,24 м. Сейчас спуститься в него можно только по веревке; в древности, полагают авторы, к гроту вели лестницы. Знаки описал А. Апостолидес еще в 1987 г., но подробно изучили только после новой документации в августе 2022 г. Они нанесены кистью темно-красным пигментом, вероятно на основе гематита; детали, плохо различимые глазом, выявила цифровая обработка фотографий. От первого знака сохранилась правая часть: топоним в виде стилизованных «трех гор», у подножия которых показан открытый рот с исходящими из него завитками — в письменности Теотиуакана этот символ обозначает речь или пение. Авторы читают знак как топоним «Поющая гора» и отождествляют его с самой Серро-Дельгадо: соседняя гора в раннеколониальное время носила на языке науатль название Куикатепек с тем же значением. Тот же топоним есть в росписях компаунда (жилого комплекса) Тетитла в Теотиуакане — значит, гора была местом паломничества. Второй знак составлен из мозаичного ожерелья, куска ткани и вертикально стоящего дротика для копьеметалки — предметов из облачения теотиуаканских воинов; авторы видят в этом сочетании воинский титул. Третий знак — фрагмент рамки размером 1,02×0,60 м, заполненной пятиконечными звездами; это не письменный знак, а изображение. Рамка обрамляет низкий скальный уступ, над которым стена и потолок покрыты копотью. Похожие рамки есть на теотиуаканских курильницах «театрального стиля», где они передают ритуальные навесы в память о павших воинах; авторы считают рамку фоном обряда сожжения, который проводили на уступе. Что сжигали — благовония или погребальный сверток, — неизвестно: предметов в гроте не сохранилось. Версия о кремации опирается не на находки, а на теотиуаканские изображения огненных обрядов, где есть и сожжение благовоний, и кремация знатных воинов. Знаки датированы по стилю; поблизости есть поселения с теотиуаканским материалом — Сан-Игнасио в 13 км к югу. Авторы видят в находке довод в давнем споре о том, была ли у Теотиуакана письменность: по их мнению, это логосиллабическая система почти из 120 знаков, сопоставимая с письмом майя и ацтеков. Какой язык она передавала, неизвестно. Источник: Helmke et al. 2026 — Helmke C., Nielsen J., Meza Rodríguez C., Córdova Tello M. Painted Teotihuacan glyphs of Cave 19, Chalcatzingo, Morelos, Mexico // Antiquity. 2026. First View. P. 1–19. DOI: 10.15184/aqy.2026.10425 Иллюстрации Ил.1. Серро-Дельгадо и Чалькацинго; линией показано положение Пещеры 19. Ил.2. Общий вид Пещеры 19. Ил.3. Знак 1: фотография, цветовое преобразование, прорисовка. Топоним «Поющая гора». Ил.4. Знак 2: то же. Воинский титул. Ил.5. Знак 3: рамка со звездами над уступом; стена и потолок покрыты копотью. Карта 1. Центральная Мексика. Квадратом обозначен участок карты 2. Карта 2. Окрестности Чалькацинго; Пещера 19 на западном склоне Серро-Дельгадо. Фото: C. Helmke. По: Helmke C. et al. // Antiquity. 2026. Составлено по SRTM GL1 и Natural Earth. #Мексика #Теотиуакан

  15. О том, что представляет собой культура Гёбекли-Тепе и какие вопросы остаются открытыми, рассказывает Наталья Юрьевна Петрова, кандидат исторических наук, научный сотрудник Отдела теории и методики Института археологии РАН, исследователь неолита Ближнего Востока: «В последнее десятилетие в юго-восточных предгорьях Тавра открыты десятки памятников эпохи докерамического неолита, подобных Гёбекли-Тепе, и начато их изучение; по этому поселению они получили общее название — культура Гёбекли-Тепе (проект Taş Tepeler, «Каменные холмы»). Второе, не менее яркое ее поселение — Карахантепе, где найдены очень своеобразные антропоморфные мужские статуи с большими головами и подчеркнутыми признаками пола и многое другое. Время зарождения этой культуры все более удревняется: уже изучаются памятники конца XI тыс. до н. э. — например, Чакмактепе, — где нет ярких ритуальных предметов, подобных тем, что находят в X–IX тыс. до н. э., но по другим признакам материальной культуры они с ними связаны. Это ставит дополнительные вопросы о генезисе культуры, которую предположительно связывают с южнолевантийскими культурами. Важно и то, что здесь существовала достаточно сложная организация общества, в основе хозяйства которого лежала охота. Отчетливые признаки земледелия, которое в Южном Леванте к тому времени уже начало активно развиваться, равно как и скотоводства, появились только на заключительном этапе существования культуры предгорий юго-восточного Тавра. Вызывают вопросы и причины, по которым культура Гёбекли-Тепе прекратила существование, и дальнейшая судьба ее носителей: в начале VII тыс. до н. э. в юго-восточных предгорьях Тавра происходит резкий культурный перелом. Монументальное искусство исчезает полностью, иным становится и повседневный быт. Ответить на это могли бы дальнейшие антропологические исследования». #Петрова

  16. В Гёбекли-Тепе изучены первые непотревоженные погребения 22 сентября 2026 г. антрополог Ю. Грески и археолог Л. Клэр из Германского археологического института опубликовали в журнале PLOS One описание первых двух непотревоженных погребений из Гёбекли-Тепе на юго-востоке Турции. Памятник относится к докерамическому неолиту: люди этого времени уже строили постоянные поселения и возводили каменные сооружения, но еще не умели делать глиняную посуду. Сравнение с разрозненными костями, которые находят здесь с начала раскопок, позволило авторам предложить объяснение их происхождения. Гёбекли-Тепе лежит в 15 км к северо-востоку от города Шанлыурфа. Его постройки возвели почти двенадцать тысяч лет назад люди, не знавшие ни культурных злаков, ни домашнего скота: в слоях памятника найдены только дикие однозернянка и ячмень. Прежде считалось, что монументальные сооружения появляются лишь у оседлых земледельцев. «Особыми постройками» здесь называют самые крупные сооружения — с Т-образными столбами, украшенными рельефами с изображениями диких животных, — в отличие от обычных жилых домов. Холм рос около 1600 лет: в докерамическом неолите А (9600–8700 гг. до н. э.) постройки были круглыми, в докерамическом неолите В (8700–8000 гг. до н. э.) — прямоугольными. К. Шмидт, начавший раскопки в 1995 г., считал памятник ритуальным центром без постоянного населения, но в последние годы здесь находят все больше жилых построек. Коллективное погребение нашли и раскопали в 2017 г. при прокладке дренажного канала. Одиночное обнаружили в 2012 г., но из-за нехватки времени законсервировали и раскопали только в 2022 г. Оба относятся к докерамическому неолиту В и расположены рядом с монументальными «особыми постройками». Прямых радиоуглеродных дат для обоих погребений нет: к этому времени их относят по постройкам, с которыми они связаны. Коллективное погребение находилось в вытянутой яме, изогнутой в плане и прорезавшей отштукатуренный пол прямоугольного дома. В нем лежали останки как минимум трех человек: женщины не моложе 35 лет, мужчины 20–30 лет и девочки 11–14 лет. Черепа сложены в одном углу ямы, длинные кости — в другом. Следов порезов, огня и охры на костях нет. Авторы полагают, что умерших клали в могилу целыми и по очереди, сдвигая прежние останки, чтобы освободить место. В одиночном погребении у восточной стены помещения лежала женщина 20–30 лет в скорченной позе на левом боку, лицом на восток. Кости в обеих могилах сильно раздроблены, покрыты известковыми отложениями, местами на них видны следы зубов грызунов — то же, что и на 928 разрозненных фрагментах из заполнения «особых построек». У авторов два объяснения, откуда в «особых постройках» взялись эти кости. Первое — их приносили туда намеренно, в ходе ритуалов: на памятнике известны черепа с глубокими надрезами; их связывают с культом черепов — особым обращением с останками умерших. Второе — кости попали туда случайно, вместе с оползнями. Более вероятным исследователи считают второе: грунт с вышележащих участков холма, где под полами домов хоронили умерших, сползал в низко расположенные «особые постройки» вместе с костями. Против намеренного отбора говорит и то, что фрагменты рассеяны по площади около 3000 м² и по всей толще отложений и принадлежат людям обоих полов и всех возрастов. Ритуальных практик исследователи при этом не исключают. Погребения под полами домов обычны для докерамического неолита Анатолии и Леванта. Их находка в Гёбекли-Тепе — еще один довод в пользу того, что люди здесь жили постоянно. Источники DAI 2026 — New publication: Human remains and burial practices at Göbeklitepe // Deutsches Archäologisches Institut. 21.09.2026. URL: https://www.dainst.org (дата обращения: 30.09.2026). Литература Gresky, Clare 2026 — Gresky J., Clare L. First burials give insights into mortuary rites at Göbeklitepe, Early Neolithic Türkiye // PLOS One. 2026. Vol. 21. No. 9. e0358979. DOI: 10.1371/journal.pone.0358979 Фотографии: 1-3. Общий вид памятника ©DAI Julia Gresky 4. Женское погребение, исследованное археологами ©DAI Julia Gresky #Турция #Гёбекли-Тепе

  17. Прокомментировать новость мы попросили Сергея Викторовича Занина, доктора исторических наук, профессора, ассоциированного сотрудника Центра изучения французского языка и литературы XVII и XVIII вв. Университета Париж-Сорбонна: «Выдающееся открытие совершили французские археологи из Национального института превентивных археологических исследований и Департамента истории архитектуры и археологии Парижа: во время охранных раскопок на острове Сите, во внутреннем дворе Отель-Дьё (старейшего госпиталя Парижа), они обнаружили стену длиной около 20 м со следами масштабного пожара, построенную по галльской технологии (деревянный каркас и каменная кладка), а также наконечник галльского копья. Датировка методом радиоуглеродного анализа между 200 и 10 гг. до н. э. позволяет считать, что стена была частью галльского oppidum на острове. Таким образом, сведения Цезаря о существовании галльского укрепленного поселения на острове, названного им Лютецией (Caes. BG VII, 57, 1), получили материальное подтверждение. Цезарь пишет и о том, что при подходе римской армии Тита Лабиена город был сожжен по приказу галлов, которыми командовал Камулоген (BG VII, 58). Трудно переоценить значение этого открытия. Многочисленные раскопки в сильно урбанизированной зоне Парижа, с середины XIX в. и до настоящего времени, давали лишь фрагменты галльской керамики, отдельные погребения у южного склона холма св. Женевьевы, остатки домов, построенных по смешанной галло-римской строительной технике (сочетание римского бетона и галльского кирпича-сырца), а также остатки галльского дренажного канала на острове Сите, назначение которого оставалось неясным. Более того, после открытия поселения паризиев в Нантере общей площадью более 20 га в 1995 г. ряд видных археологов (Д. Бюссон и Самуэльян) выдвинул гипотезу, согласно которой Цезарь, которого при осаде Лютеции не было (он вел войну на юге против восставших галлов под предводительством Верцингеторикса), мог ошибаться. Сегодня, в свете раскопок 2026 г., по мнению Ж. Авинена, возглавляющего археологическую службу Парижа, остается все меньше сомнений в том, что стена является частью галльского oppidum, располагавшегося на восточной оконечности острова Сите, который с запада был отделен от остальной части острова каналом, входившим в систему галльских укреплений. В настоящее время раскопки продолжаются: выявлены фрагменты амфор, свидетельствующие о том, что жители oppidum вели активную торговлю с южными римскими городами». #Занин

  18. В центре Парижа нашли стену галльского города Министерство культуры Франции и Национальный институт превентивных археологических исследований (INRAP) объявили 23 сентября 2026 г., что на острове Сите, во дворе больницы Отель-Дьё, найдены остатки мощной стены из камня и дерева. Судя по конструкции и сопутствующим находкам, ее построили галлы. Если археологи подтвердят назначение и датировку стены, находка станет первым материальным свидетельством того, что на месте нынешнего центра Парижа стоял оппид (лат. oppidum) — укрепленный город, средоточие власти и торговли галльского племени паризиев. Этот город Цезарь называет Лютецией в «Записках о Галльской войне». Охранные раскопки идут с февраля 2026 г. в двух дворах Отель-Дьё, который реконструируют. Их ведут Департамент истории архитектуры и археологии города Парижа (руководитель раскопок — Д. Кутюрье) и INRAP. Предварительная разведка 2019 г. ничего не дала: ни античных построек и дорог, ни средневековой застройки тогда не нашли. Летом 2026 г. на глубине около 4 м открылся отрезок стены длиной примерно 20 м, сохранившийся на высоту до 1 м. «Устройство стены — эти крупные блоки, эта система перекрещивающихся бревен — сразу навело нас на мысль о „галльской стене“», — говорит Д. Шауи-Дерье, которая в Региональной службе археологии отвечает за Париж. Такая техника характерна для укреплений позднего железного века. Как их строили, описал сам Цезарь: продольные и поперечные бревна скрепляли на перекрестиях длинными железными гвоздями, клетки между ними забутовывали камнем, а снаружи выкладывали панцирь сухой кладки (Caes. BG VII, 23). Такую стену по-латыни называют murus gallicus; известна она только в оппидах. Лицевая сторона стены несет следы пожара, рядом обнаружились обугленные зерна (по-видимому, из хранилища) и остатки сгоревшей деревянной постройки. За стеной лежит насыпная платформа из песка и гравия толщиной около 2 м. У подножия стены нашли галльский наконечник копья; керамика относится ко времени Цезаря. Первые анализы фрагментов дерева методом радиоуглеродного датирования дали интервал 200–10 гг. до н. э. Цезарь пишет, что в 53 г. до н. э. он созвал в Лютеции собрание галлов, а в 52 г. до н. э., когда к Лютеции подступил его легат Тит Лабиен, галлы сами приказали поджечь город, стоявший на острове посреди Сены, и разрушить мосты (Caes. BG VI, 3; VII, 57–58). Однако до сих пор ни одна находка на острове Сите не подтверждала, что галльский оппид находился именно там. В пользу острова говорили лишь два довода: описание Цезаря и то, что римский город, выросший здесь после завоевания, тоже назывался Лютецией, то есть, вероятно, унаследовал имя галльского поселения. Галльских слоев на острове не находили, поэтому часть исследователей искала город в другом месте — прежде всего в Нантере, где открыли крупное галльское поселение. Археологи допускают, что следы пожара связаны с событиями 52 г. до н. э., но подчеркивают: по имеющимся данным, город разрушили в конце железного века, а точнее датировать пожар пока нельзя. В середине сентября 2026 г. территориальная комиссия по археологическим исследованиям признала находку исключительно важной. Раскопки продлили: археологам предстоит выяснить, была ли стена только оборонительной или служила еще и подпорной, уточнить время ее постройки и разрушения, исследовать платформу и более ранние слои. Сохранить стену на месте не удастся из-за глубины залегания и хрупкости обгоревших остатков. С нее снимут слепок, а в одном из музеев Парижа часть ее выложат заново — из подлинных камней облицовки. Источники DRAC 2026 — Découverte archéologique majeure à Paris: le rempart de la Lutèce gauloise mis au jour // Ministère de la Culture. DRAC Île-de-France. 23.09.2026. URL: https://www.culture.gouv.fr/regions/drac-ile-de-france/actualites/actualite-a-la-une/decouverte-archeologique-majeure-a-paris-le-rempart-de-la-lutece-gauloise-mis-au-jour (дата обращения: 26.09.2026). Фотография: Участок древней стены ©Hamid Azmoun, INRAP #Цезарь #Лютеция #Париж #Франция

  19. edited

    Новость об экспедиции Института археологии РАН на Шпицбергене прокомментировал Андрей Владимирович Туторский, кандидат исторических наук, доцент кафедры этнологии исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова, автор статей по этнографии для проекта "Ойкумена": «Археологические работы на архипелаге Шпицберген чрезвычайно важны для исследования российского, поморского присутствия на островах. Использование неинвазивного метода — это не столько разговор об эффективности методики, сколько способ не нарушать законодательство Норвегии, суверенитет которой над архипелагом закреплен договором 1920 г. Однако даже такие способы исследования, безусловно, позволяют накапливать историко-археологическую информацию о поморских поселениях. Датировка по подъемному материалу становища и некрополя Эбельтофтхамны временем конца XVII в. показывает, что это одно из ранних становищ, хотя и далеко не самое раннее. Отечественные историки Севера (в частности, П. А. Филин) считают, что русские промысловики-мореплаватели пришли сюда еще в XVI в. Пик освоения Груманта (так поморы называли Шпицберген) пришелся на XVIII — начало XIX в. В это время на архипелаг регулярно готовил экспедиции крупнейший «промышленник Севера» — Соловецкий монастырь. В его архиве есть «Опись груланскому судну» 1760–1761 гг., которая содержит детальное описание судна, в дальнейшем, видимо, использовавшегося на тонях Груланда (Груманта) «как разъездной промысловый карбас» [Аксючиц-Лаушкина и др. 2023: 68]. Также чрезвычайно интересно обнаружение захоронений на мысе Фуглехукен на северной оконечности острова Земля Принца Карла. По фотографиям, к сожалению, трудно судить о том, насколько далеко упавший крест находится от береговой линии. Однако, если он хорошо просматривался с моря, то мог помимо коммеморативной функции выполнять и функцию ориентира, упоминаемого в лоциях. Как пишет историк А. В. Лаушкин, «самыми распространенными искусственными береговыми знаками», которые использовались для ориентирования, «были деревянные кресты» [Лаушкин 2017: 324]». Литература Аксючиц-Лаушкина и др. 2023 — Аксючиц-Лаушкина В. В. и др. Соловецкий монастырь и морское наследие Русского Севера / отв. ред. А. В. Лаушкин. М.; Архангельск: Товарищество северного мореходства, 2023. Лаушкин 2017 — Лаушкин А. В. Навигационные функции береговых крестов в поморских рукописных лоциях XVIII–XIX вв. // Русь, Россия: Средневековье и Новое время. 2017. Вып. 5. С. 324–327.

  20. edited

    Почему привычное название «скифское золото» неверно и как коллекцию делили при отборе на выставку, рассказывает Юрий Павлович Зайцев, директор Историко-археологического музея-заповедника «Неаполь Скифский», один из тех, кто в 1996 г. открыл усть-альминские склепы: «Главными экспонатами боннской выставки 2013 г. «Крым — золотой остров в Черном море» были три китайские лаковые шкатулки, найденные в 1996 и 1999 гг. в двух богатых захоронениях Усть-Альминского позднескифского некрополя и отреставрированные в Японии в 2008–2011 гг. благодаря поддержке фонда «Сумитомо». Основной же идеей был их показ в «узком» (богатый и разнообразный инвентарь упомянутого некрополя) и «широком» (находки из античных и варварских памятников Крыма в хронологическом диапазоне V в. до н. э. — VII в. н. э.) контексте. Поэтому главным участником данного проекта стал Бахчисарайский государственный историко-культурный заповедник с привлечением трех других музейных учреждений Крыма: Восточно-Крымского историко-культурного заповедника (г. Керчь), Центрального музея Тавриды (г. Симферополь) и Национального заповедника «Херсонес Таврический» (г. Севастополь). Несмотря на большое количество изделий из золота (преимущественно мелкие нашивные бляшки, листки венков, мелкие бусины и подвески), значительную часть собрания (помимо трех упомянутых шкатулок) составили изделия из камня, керамические и бронзовые сосуды, изделия из серебра и полудрагоценных камней, бронзовые и железные предметы, а также несколько уникальных художественных предметов из дерева. По этой причине название «Скифское золото», рожденное усилиями недобросовестных и поверхностных журналистов, представляется упрощенным и некорректным. Упомянутое отделение выразительного фрагмента деревянного сосуда с фигурой птицы от других, также с фигурами животных, но худшей сохранности, — далеко не единственный случай недопустимого разделения частей одного предмета или набора, инициированного немецкой стороной. В этой связи можно упомянуть, например, единый набор золотых трилистников (украшение женского головного убора из склепа 620), из которых пять были отправлены на выставку в Бонн, а более сорока остались в Бахчисарае. Но наиболее выразительный (если не сказать вопиющий) случай — это массивная каменная стела с изображением двух всадников из Предущельного, некогда расколотая на две части. В целях уменьшения веса и, соответственно, стоимости перевозки для экспонирования в Германии была отобрана верхняя часть изваяния, которая теперь находится в Киеве. В целом же реализацию столь масштабного и своевременного проекта, призванного донести сложившийся правовой международный казус до широких слоев населения Российской Федерации, надо признать исключительно актуальной и перспективной». #Зайцев

  21. Older posts