За комментарием новости мы обратились к кандидату филологических наук, старшему научному сотруднику Института востоковедения РАН Ольге Витальевне Поповой: «В этой статье на материале ученических текстов из Вавилона и Ниппура делается попытка обосновать тезис о том, что обучение в писцовых школах предполагало не только освоение навыков клинописного письма, но и служило для религиозного образования вавилонской элиты. Большое количество ученических текстов продвинутого уровня — тексты религиозного содержания. Автор ссылается на такие тексты, как списки богов, поэма о сотворении мира Энума элиш, текст Лудлул бел немеки и другие религиозно-дидактические тексты. Список Ан-Анум — самый длинный список богов, в котором перечисляется несколько сотен имен божеств, от основных до самых редких. Называется текст по шумерской и аккадской версии имени одного из основных божеств пантеона бога неба Ану. Поэма о сотворении мира Энума элиш рассказывает о происхождении мира, богов и людей и утверждает верховенство бога Мардука, покровителя Вавилона. Этот текст, созданный во второй половине II тыс. до н. э. в рамках идеологической пропаганды вавилонского превосходства, занимал важное место в религиозной жизни города и читался в Вавилоне в один из дней новогоднего ритуала Акиту. Лудлул бел немеки — написанное от первого лица произведение, которое в русскоязычной традиции называется «поэмой о невинном страдальце». Главный герой на протяжении всего текста страдает, по его мнению несправедливо, от разных болезней, которые заставляют его усомниться в вере, но в итоге Мардук его спасает и возвращает на пусть истинный. Рассматривая эти тексты в рамках школьной программы вавилонских писцов Ш тыс. до н. э., автор приходит к выводу, что такая программа была продуманной и способствовала становлению представлений о религиозном и политическом первенстве Вавилона у будущих писцов. Вавилонская традиция сравнивается с ниппурской, известной уже во II тыс. до н. э., где учениками копировались более традиционные тексты и уделялось меньше внимания Мардуку. На мой взгляд, присутствие религиозных текстов в школьном корпусе еще не доказывает, что их включение было результатом целенаправленной пропагандистской программы. Подобные произведения были неотъемлемой частью месопотамской письменной культуры и могли изучаться одновременно как образцы литературного языка и учёной традиции. В корпусе школьных текстов мы также находим копии художественных текстов и различных лексических списков. Также важно отметить, что в писцовых школах могли обучаться не только мальчики, но и девочки, и это было довольно частым явлением. Женщины в Вавилонии тоже умели читать писать, например, некоторые представительницы семьи Эгиби, и хотя примеров женщин-писцов, насколько я помню, для I тыс. до н. э. пока не найдено, такие примеры есть для более ранних периодов. Обучение, главным образом, было связано с материальными возможностями семьи, потому что оно было частным и платным». #Попова