Очевидцы

Вспоминать не рекомендуется В 1991 году в России согласно Постановлению Верховного Совета РСФСР 30 октября официально установлен День памяти жертв репрессий. Впервые этот день как «День политзаключенного» был отмечен в 1974 узниками пермских и мордовских лагерей. В 1991 году на Лубянской площади в Москве, прямо напротив здания КГБ (ФСБ) был установлен Соловецкий камень — свидетель страданий и смертей политзаключенных, сосланных в Соловецкие лагеря. А с 2007 года накануне этой даты тысячи людей участвуют в акции «Возвращение имен» («Молитва памяти») — они зачитывают полные имена расстрелянных в самые страшные 1937 - 1938 годы. По всей стране открывались музеи в память о советском терроре, школьникам рассказывали о той странице нашей истории, чиновники возлагали цветы к памятникам репрессированным вместе с детьми и внуками людей, прошедших через лагеря. Только по официальным данным, 3 778 234 человека были осуждены в 1921 - 1954 годы по политическим мотивам, 786 098 человек из них приговорены к смертной казни. В середине 2010-х все стало меняться. Международное историко-просветительское и правозащитное общество «Мемориал» (усилиями которого была собрана база данных «Жертвы политического террора в СССР», а также Книги памяти — свыше 600 томов по 60 регионам РФ) было признано «иноагентом», а затем ликвидировано на территории РФ. Стали исчезать посвященные репрессированным мемориалы, в школах перестали говорить с детьми о «Большом терроре», а с 2020 года в Москве и других регионах запретили «Возвращение имен» — под предлогом ковидных ограничений. Официально дату не отменяли. Неофициальный посыл — отмечать ее не рекомендуется — тезис о том, что государство может быть преступным по нынешним временам звучит слишком актуально. Как отменяют память о замученных государством людях — в таймлайне «НеМосквы».

25 объектов, посвященных памяти жертв политических репрессий в СССР, уничтожили или повредили в России За годы полномасштабной войны в Украине власти и неизвестные в 15 субъектах РФ уничтожили или повредили минимум 25 мемориалов и памятных знаков жертвам политрепрессий в СССР. Почти в половине случаев их разрушили или демонтировали целиком. Как уничтожение этих символов влияет на потомков репрессированных и как российские активисты продолжают бороться за сохранение исторической памяти — в материале «7х7». Читайте подробнее: 🔷по основной ссылке 🔷без подключения VPN 🔷в Telegraph ➡️Этот текст — часть цикла материалов «7х7», посвященных исторической и семейной памяти, а также осмыслению опыта репрессий. Все материалы из цикла ищите по тегу #СохраняемПамять

Война разлучила нашу семью Игорь был кадастровым инженером в подмосковном городе Сергиев Посад. Ольга, жена Игоря, была инженером в области электроэнергетики. Война разделила их семью пополам. 1400 дней (они всей семьёй считали дни) Игорь, уехавший по туристической визе, жил в Израиле с младшим сыном Родионом, а Ольга с Егором, старшим, оставались в России. Ольга почти ни с кем не общалась, потому что вокруг все поддерживали войну, созванивалась с мужем и Родионом и каждую ночь боялась, что за ней или Егором придут. Боролась за то, чтобы её сына не забрали в армию. Игорь, пошёл в Израиле работать на стройку, пытался устроить жизнь своего младшего сына. «Мы всегда были все вместе», — рассказывает Ольга. Семья, которая почти никогда не расставалась, оказалась разделена годами войны. В Израиле по юридическим причинам у них воссоединиться не получилось – годы спустя они встретились в Армении, где и начинают вместе свою новую жизнь. О своей гражданской позиции и о том, как сохранить семью на расстоянии, уберечь сына от армии и не потерять надежду на встречу рассказывают Ольга и Игорь в новом выпуске «Очевидцев». 📱 Смотрите интервью с Игорем и Ольгой Галяевыми на нашем YouTube

Это короткое письмо от Анны (имя изменено), бывшей работницы «органов». В нём вопрос к собирательному образу медийных персон, выступающих, по словам автора, «за всё хорошее против всего плохого». Публикуем его в качестве свидетельства того, как антивоенная риторика российской эмиграции нередко воспринимается людьми, которые остаются в России и не поддерживают войну. — Здравствуйте! Я из «бывших». После 2022 года я активно перестраиваю свой карьерный путь, потому что прежнюю профессиональную деятельность я не могу осуществлять по этическим причинам. За эти годы я столкнулась с очень большим количеством отказов: и в плане работы (в том числе из-за возраста и непонимания, почему это я решила сменить карьерный вектор), и в плане стихов. Я писала достаточно хорошие стихи: не хуже, чем те, что были опубликованы в одном небезызвестном издании. Но их не одобрили. И так девять раз. Я перегорела и теперь больше не могу писать. К тому же со всех сторон постоянно «падают» различные требования. Например, кто-то постоянно призывает прийти, высказаться, задонатить, зарепостить. Бенефит от таких «действий» очень сомнителен. Кто-то назовёт «хорошим человеком», кто-то, возможно, что-нибудь напишет (и не факт, что не посмертно). Почему я должна калечить свою жизнь просто ради того, чтобы меня кто-то похвалил и панибратски потрепал по плечу? Панибратство я тоже ненавижу. И получается, что если выполнить эти требования, получается, что среднестатистический россиянин должен сжечь свой паспорт, каким-то хитрым способом раздобыть гражданство другого государства и эмигрировать. Если предыдущий пункт не получается, то уйти в глухие поля/леса с одной палаткой и питаться подножным кормом, сесть в тюрьму на много лет, а возможно, и погибнуть там, уйти из жизни самостоятельно и по доброй воле. Так что в текущее время вы предлагаете делать всем? Есть ли какие-нибудь исключения из ваших требований? Возможно, есть способ, при котором никому не нужно будет калечить собственные жизни только ради того, чтобы кто-нибудь вроде вас потом назвал их «хорошими и достойными»? 📩 Если вам тоже есть, чем поделиться — пишите на почту: ochevidcy.letters@gmail.com или в @ochevidcy_bot в телеграме. Опубликуем ваше письмо анонимно.

❗️️️️Нас убили. Заявление «Новой газеты»* о прекращении своей жизни 18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ИНТЕРНЕТ-ИЗДАНИЕ «НОВАЯ ГАЗЕТА» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ИНТЕРНЕТ-ИЗДАНИЕ «НОВАЯ ГАЗЕТА» 9 ноября мы погасим свет в нашем доме, где прожили 30 лет, выключим сервера и уйдем. Газеты больше нет. Российские власти и российские спецслужбы заставили редакцию прекратить работу. Тридцать с лишним лет жизни вместе со страной и ее гражданами для нас закончатся на улице, без средств к существованию, под постоянной угрозой репрессий. Наши годы жизни были счастливы — творчеством и надеждами, читателями, друзьями, текстами, фильмами. Временами эти годы были — отчаянно горькими. Горькими, потому что именно за время правления этого режима, а не в бандитские 90-е, по политическим мотивам, за исполнение своего профессионального и гражданского долга были убиты наши коллеги: Игорь Домников, Юрий Щекочихин, Анна Политковская, Стас Маркелов, Анастасия Бабурова, Наталья Эстемирова. Одновременно с письмом о выселении отключили систему донатов, позволявшую нам получать пожертвования от наших читателей. То есть лишили средств. Вообще. Это — скоординированная акция. Никого не убедят оправдания банков, что они делают это, исходя из внутренних корпоративных правил. Это — внешние правила, установленные репрессивным аппаратом государства, сотрудниками ФСБ, внедрившимися под крышу каждой организации. Они считают страну своей собственностью. ▪️После начала военных действий нас, как и всем другим журналистов, лишили возможности говорить о самых главных и трагических событиях настоящего времени. Приняли законы, которые вернули в страну цензуру. Потом эта цензура распространилась практически на все сферы человеческой жизни. ▪️Власти заблокировали все наши интернет-ресурсы. Государство отняло нашу типографию, а офицеры спецслужб и цензоры, засевшие в других, отказывали нам в издании газеты. Многие наши сотрудники были вынуждены уехать из страны. ▪️Затем государство лишило нас регистрации СМИ, отняв право зарабатывать своим трудом. ▪️На главного редактора, лауреата Нобелевской премии мира Дмитрия Муратова* было совершено нападение, в результате которого он чуть не лишился зрения. Уголовное дело возбуждать не стали, хотя преступники известны. ▪️Потом наших журналистов стали объявлять «иноагентами», начав с главного редактора. ▪️Затем возбуждали административные дела против руководства редакции. ▪️В Чечне похитили и избили до полусмерти нашего обозревателя Елену Милашину. ▪️Взяли в заложники шеф-редактора газеты Олега Ролдугина, обвинив его в том, что он работал журналистом. Скоро суд. ▪️В редакции «Новой газеты» прошел многочасовой обыск, обыск прошел и в квартире главного редактора. ▪️В сентябре этого года объявили «иноагентом» всю редакцию, записав в списки участников более ста человек: журналистов и авторов. Почти 5 лет войны мы смогли проработать в глухом окружении спецслужб. И вот теперь — всё. Мы оказались в «килл-зоне». 📌️️️️️️Полный текст заявления — на сайте «Новой». PDF-версия тут *Власти РФ считают «иноагентом»

«Думала, наша пропаганда особенная. Пока турчанка не сказала про Эрдогана "кто, если не он"» 🎧 Если у вас плохо грузится YouTube, можете послушать аудиоверсию интервью с Ладой Чижовой прямо здесь

У нашего поколения забрали возможности. И мы такие: «Ок» Лада Чижова — художник-муралист, иллюстратор и автор книг. Родилась на Алтае, росла рядом с владимирскими Петушками. Училась в Суриковском училище и литинституте имени Горького в Москве, по профессии — поэт. Жила в Питере, вместе с мужем, муниципальным депутатом, была хозяйкой двух хостелов. Относительно спокойная жизнь закончилась 24 февраля 2022-го. Почему в России страшно заниматься политикой и почему пропаганда оказалась сильнее православных принципов — об этом и многом другом Лада Чижова говорит в проекте «Очевидцы». 📱 Смотрите интервью с Ладой Чижовой на нашем YouTube

+5

Нам написала Виктория из Подмосковья. Ей 14 лет. Каждый понедельник в школе она вынуждена слушать «разговоры о важном», выходить на линейки, наблюдать за поднятием флага. Виктория мечтает стать спортивным журналистом. И ей горько видеть, как эта пропаганда влияет на «жизни обычных людей». 📩 Если вам тоже есть, чем поделиться — пишите на почту: ochevidcy.letters@gmail.com или в @ochevidcy_bot в телеграме. Опубликуем ваше письмо анонимно.

Война России против Украины затронула не только Европу, но и Африку. По данным СМИ, тысячи африканцев были завербованы для участия в боевых действиях на стороне России. Некоторые ехали за границу в поисках работы, а в итоге оказались на фронте. Сотни из них погибли или получили ранения. Это стало одним из последствий расширения российского влияния на африканском континенте. Кремль укрепляет связи со странами региона не только через военное сотрудничество, в том числе с ЧВК «Вагнер», и экономические проекты, но и через Русскую православную церковь. РПЦ расширяет присутствие в Африке и привлекает местных священников. В Кении Россия также развивает экономические связи: в частности, «Росатом» продвигает планы строительства атомной электростанции. Герой «Очевидцев», журналист и автор подкастов Иван Макридин больше двух лет изучал российское влияние в Африке: ездил по континенту, разговаривал со священниками, политиками и представителями православной иерархии. Результатом стал подкаст «Под куполом» — о том, как РПЦ и другие российские структуры помогают Кремлю укреплять свои позиции в регионе. 🎧 Слушайте подкаст Ивана Макридина «Под куполом» https://pc.st/6822037200

Есть ли хоть какой-то толк от ненависти? Юлия Петрова, психолог, работающая в Барселоне и онлайн. Чаще всего к Юле обращаются за помощью в моменты перемен: переезд, развод, утрата, кризис в отношениях и адаптация к новой жизни. Для «Очевидцев» Юля рассказывает, как справляться в такие моменты. Вы можете больше узнать о ней на её сайте. На этой неделе думала о ненависти. Сложное чувство, много в нем энергии и движения. С точки зрения психологии эмоций, если ненависть есть, значит в ней есть функция полезная человеку. Есть эмоции защитники (страх, злость), есть ресурсные (удовольствие, радость), есть социальные (обида, вина), индикаторы (грусть). Мне кажется, что есть эмоции, которым мы учимся, и ненависть одна из них. Мне кажется, ненависть — это и про выбор. Ненавидеть легче, чем принимать. Для принятия требуется большая работа мозга, чтобы вырваться из стереотипов и шаблонов, видеть вещи ближе и глубже, задавать себе неудобные и неприятные вопросы. Может ли ненависть быть полезной? Да. Например, можно ненавидеть одноразовый пластик, отношение к животным, болезни, ложь, ущемление прав, герпес и ротавирус. И всю эту энергию направить на изменение ситуации, на активизм. К сожалению, таких примеров полезной ненависти очень мало. Мне кажется, истоки ненависти лежат в травме. Никто не выбирает быть травмированным и никто этого не заслуживает. Но травма случилась, и наша жизнь разделилась на до и после. Травма как распутье: в супергерои или в суперзлодеи. И то, какой путь мы выберем, — наша ответственность, а не того, кто нас ранил. Мой любимый супергерой — Бэтмен. Потому что у него нет суперсилы в классическом смысле. Он просто человек с хорошей физической подготовкой, высоким технологическим оснащением и большими деньгами. Да, деньги — это главная суперсила Бэтмена. У Бэтмена много антиподов. Один из них — Джокер. Оба пережили травму в детстве, травму насилия. Родители Бэтмена были убиты у него на глазах. Джокер подвергался насилию со стороны родителей. Что делает Бэтмен? Решает посвятить жизнь борьбе с преступностью, чтобы больше никто не пережил подобного. Ценность Бэтмена — не убивать. Без исключения. Потому что убить для него — стать таким же, как убийца родителей. Это значит — потерять себя. Что делает Джокер? «Хочешь, я расскажу тебе, откуда у меня эти шрамы (на лице)?» — первое, что он говорит при знакомстве. Джокер холит и лелеет свою травму, потому что она служит ему оправданием всего зла. Джокер пережил насилие в детстве и хочет, чтобы теперь все страдали, как страдал он. Что Бэтмен, что Джокер — полны ненависти, но выбирают разные пути. Возможно, ненависть — это способ больше никогда не оказаться в положении того, кто страдает. Если я причиняю боль первым, мне не придётся снова переживать собственное бессилие. Тогда ненависть становится бронёй, которая защищает от уязвимости, но одновременно отрезает от других людей. Может быть, проблема не в ненависти, а в том, что мы с ней делаем. Она может стать энергией для борьбы с несправедливостью, а может превратиться в разрешение уничтожать всё, что напоминает нам о собственной боли.

«Трамп и Путин готовы поделить мир. Почему они нашли друг друга? Почему пы позволили им найти друг друга?!» 🎧 Если у вас плохо грузится YouTube, можете послушать аудиоверсию интервью с Жанной Агалаковой прямо здесь

Россия для Путина – это супермаркет, который можно ограбить Жанна Агалакова, российская журналистка, телеведущая. Работала на НТВ и Первом канале. В разные годы была спецкором «Первого» в Нью-Йорке и Париже. После начала полномасштабного вторжения уволилась с российского телевидения и отказалась от всех государственных наград. Автор документального фильма «Придёт серенький волчок». Ведущая новостей на канале «The Breakfast show». Живёт в Париже. Жанна рассказывает, что когда публично разорвала с Первым каналом, некоторые коллеги частным образом написали ей слова поддержки. Однако сегодня она ни с кем из своего старого круга знакомых не общается. И с родственниками близких отношений тоже нет. «Разорванные человеческие связи – это то, чего добивается Путин. И это то, что действительно больно», – говорит Жанна. О войне, о работе на российском телевидении, о причинах эффективности российской пропаганды и о том, что ждет в финале Путина, смотрите в новом интервью на канале «Очевидцы». Смотрите интервью с Жанной Агалаковой на нашем YouTube

«Надеюсь, что в России наступит хорошее время и люди почувствуют себя людьми» 🎧 Если у вас плохо грузится YouTube, можете послушать аудиоверсию интервью с Александром Коровайным прямо здесь

Свободные люди нашей власти не нужны Александр Коровайный, бывший муниципальный депутат из Ейска, ивент-менеджер Frame. Был преподавателем, юристом. Давал нам интервью в самом начале войны. Его телефон знали многие в Ейске и обращались за помощью. Был наблюдателем. В Ейске по словам Александра «были самые честные выборы». Он скучает по своему городу, по людям с которыми работал и тем, чьи права защищал. В эмиграции какое-то время был потерян, нашёл новый смысл в работе в пространстве «Frame», где организовывал ивенты, чтобы объединять людей, где занимались образованием и помощью людям в сложных ситуациях. Теперь эта организация стала «нежелательной» в России, потому что «умные, грамотные, свободные люди нашей власти сейчас не нужны». О родном городе, об отношении к русским на фестивале «Что?Где?Когда?» в Луганске в 2009 году и как в 2022 году слышал взрывы в Мариуполе и разоблачал в своих соцсетях тот «бред», что был по телевизору, в новом интервью «Очевидцам». 📱 Смотрите интервью с Александром Кровайным на нашем YouTube

Это продолжение письма Ольги. Читайте начало в предыдущем посте ⬆️

+6

Ольге (имя изменено) с Дальнего Востока 18 лет. В прошлом году её старший брат погиб в Украине на первом же боевом задании. Его силой заставили подписать контракт, несмотря на инвалидность и белый билет. Конец этого письма в следующем посте ⬇️

«У меня умерла мама, и я не смогла быть рядом с ней» 🎧 Если у вас плохо грузится YouTube, можете послушать аудиоверсию интервью с Ритой Некратовой прямо здесь

Россия после 24 февраля — это бег курицы без головы Рита Некратова — поэт, музыкант, журналист, кандидат биологических наук. Родилась и выросла в Томске. Здесь выступала с рок-группой, работала на ТВ2, преподавала в университете и защищала городское озеленение («когда ты смотришь на здоровое красивое дерево, как будто сам оздоравливаешься»). Жила интересной, насыщенной жизнью — свой дом, который построил муж, дружная семья, в которой растут двое мальчишек: «От такой жизни, как была у нас, не уезжают». Но после 24 февраля 2022-го поняла, что оставаться ни в Томске, ни в стране не может. О равнодушии людей к чужой боли и потере нравственных ориентиров. Об утратах, которые приходится переживать на расстоянии. О политике, которая существует не только в виде выборов и скучных дядек в пиджаках, а в виде новых больниц и хороших дорог. И о новой песне-воззвании — обо всем этом Рита Некратова говорит в проекте «Очевидцы». 📱 Смотрите интервью с Ритой Некратовой на нашем YouTube

«Растянулись в веках крики, стоны и лепет. Чья же там рука нас, как из мякиша, лепит?» Журналист и экс-солистка инди-группы «Крит» из Томска Рита Некратова вместе с мужем, гитаристом Владимиром Шуруповым выпустила новую песню. Композиция «Дизайнер», мелодически отсылающая к окопной музыке времен Великой Отечественной войны, стала для томички личным осмыслением катастрофы, в которой сегодня оказалась Россия, и вопросом, как общество допустило военные действия против соседнего государства. «Оба моих деда воевали и каким-то чудом вернулись живыми. Дед по отцу вернулся без половины лица. Мамин отец вернулся с туберкулезом и лысым после голода во время осады Сталинграда, — рассказала "НеМоскве" Некратова. — Я всегда с особым чувством относилась ко Дню Победы и еще до "культа победобесия" ощущала фальшь в парадах и официальных торжествах. Победу над фашизмом присвоил себе Сталин, а сейчас — Путин, объявивший сегодняшнее преступление нашей страны борьбой с фашизмом». В основе песни лежит ключевая метафора: «Молишь ты, миров дизайнер» — обращение к человеку, считавшему себя творцом своей жизни, но оказавшемуся бессильным перед безумным и разрушительным ритмом истории. Рита отмечает, что при слове «война» сразу думает о Великой Отечественной. Войну, которая развязала Россия в Украине, она осилить пока не в силах. «Та война происходила на фоне многолетней войны государства с собственным народом: массовых репрессий и истребления людей их же родиной. Человек, оказавшийся на фронте, зачастую практически не был субъектом собственной жизни, — объясняет Некратова. — Казалось бы, коммунизм пал, у нас появился шанс на то, чтобы люди сами определяли свои ценности и распоряжались своей судьбой. Но спустя 77 лет оказалось, что большинство россиян поддержало новую бойню, притом на этот раз не оборонительную, а захватническую». Музыкальное видео на трек «Дизайнер» переплетает кадры исполнения с архивной хроникой и документальными съемками разных эпох, усиливая ощущение замкнутого круга истории — от 1940-х до 2020-х. Выход клипа стал возможен благодаря безвозмездной помощи ее друзей — видеооператора Александра Осиченко, а также звукорежиссера и режиссера монтажа, которые предпочли остаться анонимными, так как остаются в России. «Песня обращена к памяти, которую у нас украли. Это призыв любыми способами прекратить преступления России в Украине и ворожба на скорейшее окончание войны», — описывает свой релиз томичка. Слушайте манифест Риты Некратовой вместе с #нерадио_НеМосква — здесь.

«Война закончится вместе с путинским режимом» 🎧 Если у вас плохо грузится YouTube, можете послушать аудиоверсию интервью со Светланой Чуйкиной прямо здесь