Очевидцы

Я боюсь, что вся эта шантрапа не понесёт наказания Павел Агрба – москвич, бывший работник «Росреестра». Покинул Россию после начала «СВО», живет в Лос-Анджелесе, учится на геодезиста. Долгое время, находясь в кругу единомышленников, вроде бы всё понимавших про режим, занимаясь семьёй, домом, он до поры до времени не особенно интересовался политикой. Но жизнь заставила. «Я хорошо понимаю, что такое война», – говорит Павел. Он детство и юность проводил в Грузии. Его родственники: грузины, мегрелы, абхазы уезжали в Москву, в Донецк от войн, обрушившихся на Грузию. Но война настигала их снова и снова. Начало полномасштабной войны с Украиной стало для него тяжёлым ударом, вынудило сделать выбор и уехать из России. Поговорили с ним о причинах войны, о Путине, о том, каково оно — начинать в эмиграции жизнь с нуля. 📱 Смотрите интервью с Павлом Агрбой на нашем YouTube

«Легко обо мне подумай…» — Марина Цветаева и её последний выбор Чешская организация «Память народа» приглашает на лекцию протодиакона Андрея Кураева «Как проходило отпевание Марины Цветаевой после её самоубийства». В 1991 году Церковь сделала исключение из своих правил, разрешив публичное молитвенное поминовение Марины Цветаевой. Андрей Кураев, инициировавший тогда это поминовение, расскажет, почему это стало возможным. Возвращение Цветаевой из эмиграции в СССР, арест её дочери Ариадны, арест и казнь её мужа Сергея Эфрона, последовавшие лишения, нужда и одиночество привели к трагическому финалу в Елабуге. Насколько свободным был последний выбор Цветаевой? Лекция пройдет в день рождения Марины Цветаевой 8 октября в 17:00 Испанский зал Дома Вальда Na Smetance 2, Vinohrady Вход через рецепцию. Добровольные пожертвования приветствуются

+3

Автор этого письма получил военно-патриотическое воспитание. Разговоры с дедом-украинцем, чтение и самообразование запустили в нём пересмотр представлений о происходящем. Это стоило ему психического равновесия, но зато он смог перетянуть на свою сторону своих родных. 📩 Если вам тоже есть, чем поделиться — пишите на почту: ochevidcy.letters@gmail.com или в @ochevidcy_bot в телеграме. Опубликуем ваше письмо анонимно.

Переезд не заканчивается на границе. Самое сложное начинается после В чужой стране ты мгновенно оказываешься один на один с поиском жилья, работы, врача или юриста или просто с нехваткой рядом человека, которому можно довериться. В местных чатах — фейки, устаревшие советы и контакты непроверенных специалистов — одна ошибка может стоить последних денег, здоровья или даже свободы. С 2022 года «Ковчег» спасал, консультировал и объединял сотни тысяч людей. Мы пропускали через себя тысячи историй и находили решения. Сейчас мы упаковываем весь этот гигантский опыт в Навигатор диаспоры — безопасную систему с проверенными специалистами, гайдами и сообществами «своих». Опыт тех, кто уже прошел этот путь, должен стать защитой для следующих. Цель сбора — $8 200 на разработку, фактчек информации и сбор единой базы проверенных специалистов. 🟦 ПОМОЧЬ ЗАПУСТИТЬ НАВИГАТОР Русскоязычная диаспора живет в десятках стран — давайте сделаем так, чтобы находить друг друга было проще!

«Страшно быть безвольным и ничего не решать» 🎧 Если у вас плохо грузится YouTube, можете послушать аудиоверсию интервью с Артёмом Перфиловым прямо здесь

Чем ближе к фронту, тем чернее юмор Артём Перфилов — одессит. Работал журналистом, медиаменеджером. После начала «полномасштабки» работает фиксером — помогает иностранным журналистам, делающим материалы о войне в Украине, находить героев, выстраивать логистику, добираться до нужных локаций. О том, как выглядит эта война изнутри и чем она отличается от других войн. О советском менталитете, для избавления от которого понадобятся десятилетия. Об имитации нормальной жизни, без которой можно сойти с ума. И о прощании с семьёй, в разлуке с которой живёт уже 4,5 года — обо всём этом Артём говорит в проекте «Очевидцы». 📱 Смотрите интервью с Артёмом Перфиловым на нашем YouTube

+6

Нам написала врач-реаниматолог из России. После начала полномасштабной войны она оказалась в меньшинстве среди коллег и друзей, а её антивоенная позиция стала влиять и на работу. Уехать она пока не может. 📩 Если вам тоже есть, чем поделиться — пишите на почту: ochevidcy.letters@gmail.com или в @ochevidcy_bot в телеграме. Опубликуем ваше письмо анонимно.

«Пушкина отменить нельзя» 🎧 Если у вас плохо грузится YouTube, можете послушать аудиоверсию интервью с Олегом Лекмановым прямо здесь

Меня физически тошнит от z-поэзии «Как только я представил себе, что опять буду сидеть с зажатым ртом, что-то обсуждать на кухне с кем-то и бояться, что меня арестуют, я понял: нет!» Олег Лекманов — филолог, историк литературы, специалист по творчеству Осипа Мандельштама, литературе Серебряного века и советской литературе. Биография писателя Венедикта Ерофеева, написанная Олегом Лекмановым, была удостоена главной литературной премии России «Большая книга» в 2019 году. После вторжения российской армии в Украину Лекманов уехал из России. Мы поговорили с ним о z-поэзии: чем она похожа на патриотические стихи времён Первой мировой войны и чем от них отличается; об актуальных смыслах текстов Аркадия Гайдара; о реальности и нереальности отмены русской культуры. 📱 Смотрите интервью с Олегом Лекмановым на нашем YouTube Благодарим «Пражскую книжную башню» за помощь в организации съемок.

Всем привет! Это второй выпуск нашей новой рубрики «Что вы чувствуете?». Её ведёт Юлия Петрова, психолог, работающая в Барселоне и онлайн. Вы можете больше узнать о ней на её сайте. Чаще всего к Юле обращаются за помощью в моменты перемен: переезд, развод, утрата, кризис в отношениях и адаптация к новой жизни. Для «Очевидцев» Юля будет рассказывать о том, как справляться в такие моменты. И кроме теоретической базы будет давать практические задания, которые помогут вам понять, что вы чувствуете и что с этим можно делать. — Недавно я наткнулась на такую картинку: терапевтическая сессия. Психолог и клиент сидят в креслах напротив друг друга. Психолог слегка склонена к клиенту. Почему не наоборот? По бокам кресла клиента — дорожные сумки. Я подумала, как здорово, что художник избежал клише: не стал пририсовывать психологу очки, блокнот и ручку, чтобы показать нам, кто есть кто. А сфокусировался на образе клиента и его багаже: эмоциях, опыте, прошлом. А потом я прочитала фразу, которая облаком исходит от психолога, и поняла, что багаж на рисунке — буквальный. «Не в стране, куда ты эмигрировала, дело. А во всём, что ты узнала о себе, пройдя этот путь». В последние годы адаптация в эмиграции — мой второй по частоте запрос после работы с гневом. Почему же нам, взрослым, так сложно адаптироваться? 💔 Конфликт ожиданий и реальности. Столкновение менталитетов. Многое приходится принимать, даже если это идёт вразрез с собственным мировоззрением и картиной мира. 💔 От того, от чего мы уехали, не всегда удаётся уехать. И это может настигнуть нас уже в новой стране. 💔 Изменение или утрата привычного уровня жизни. То, что семья могла позволить себе за эти деньги в родной стране, в эмиграции оказывается недоступным. 💔 Ничего нельзя решить привычными способами — деньгами и связями. 💔 Местные не рвутся дружить с нами и нашими детьми. Иногда кажется, что нас оттесняют в диаспору или к другим иммигрантам. 💔 Язык новой страны становится необходимостью. 💔 Отдыхать в стране и жить в ней — совершенно разный опыт. 💔 Всё другое: быт, продукты, сервис. 💔 Антибиотики без рецепта не продают. Никакие. 💔 В южных странах в домах может не быть отопления. 💔 В воскресенье всё закрыто. Кажется, мелочи. Но они как мелкий камешек в ботинке: доставляют постоянный дискомфорт, а неудовлетворение постепенно копится и часто выливается в раздражение, отторжение и гнев. «Не в стране, куда ты эмигрировала, дело. А во всём, что ты узнала о себе, пройдя этот путь». Злиться — нормально. Особенно если эмиграция была вынужденной. Злость — одна из реакций на утрату. Гнев даже выделяют как одну из стадий проживания миграционного горя. Гнев не появляется сам по себе: у него есть причина и адресат. И важно возвращать гнев туда, где он возник, — экологично, не причиняя вреда ни себе, ни другому. Мы можем злиться на новую страну, хотя на самом деле переносим на неё гнев, связанный с тем, что заставило нас уехать. Потому что на незнакомца злиться легче, чем на дорогого человека. То же самое может происходить со страной или государством. Это называется переносом гнева. Гнев не возвращается к своему истинному адресату, а направляется вовне. И тогда мы как будто застреваем между двумя местами: не адаптируемся в новом и не прощаемся с прежним. Как эта клиентка на картинке — она всё ещё на чемоданах. Когда мы позволяем себе злиться на то, что заставило нас уехать, мы по-настоящему соприкасаемся с утратой и начинаем её оплакивать. Мы приехали в новую страну не просто так. Мы увидели в ней что-то, чего больше не было или невозможно было получить в прежнем месте. И, возможно, путь к тому, чтобы по-настоящему обрести это, начинается с того, чтобы вернуть гнев туда, где он возник, — и наконец начать жить не на чемоданах.

Аня (имя изменено) — одна из сотен российских подростков, преследуемых за политические взгляды. В 13 лет она занялась арт-активизмом — ночами писала антивоенные слоганы в общественных местах. В феврале прошлого года её поймали с поличным, после чего судили за «вандализм». Мы верифицировали эту историю и получили согласие Аниного папы на анонимную публикацию. Это анимированная версия её письма. 📩 Если вам тоже есть, чем поделиться — пишите на почту: ochevidcy.letters@gmail.com или в @ochevidcy_bot в телеграме. Опубликуем ваше письмо анонимно.

«У каждого человека есть выбор» 🎧 Если у вас плохо грузится YouTube, можете послушать аудиоверсию интервью с Майей Дороженко прямо здесь

Я боюсь обесценить страдания украинцев, рассказывая, что мне было тяжело Майя Дороженко, режиссёр и сценарист. Майя училась в ГИТИСе в Москве, закончив, получила приглашения в «Современник», в «Мастерскую Петра Фоменко». В ноябре, 2021, за три месяца до вторжения российской армии в Украину, там была премьера её спектакля «По ту сторону ветра». О войне. Тогда толком ещё никто не понимал, что нас ждёт. Находясь в эмиграции, со своей подругой Анной Андреевой, Майя поставила спектакль «HANNAH» по жизни и текстам Ханны Арендт. Живя в Ереване, они снимали зал с диваном. Жизнь пересекалась с театром постоянно, в одном пространстве. О том, что как бы ни была сложна эмиграция, это лучше, чем врать себе, и как с помощью театра пытаться понять, что происходит. Майя рассказывает в интервью «Очевидцам». 📱 Смотрите интервью с Майей Дороженко на нашем YouTube

Дорогие очевидцы! Уже через час встречаемся с вами в инстаграме instagram.com/ochevidcy

+3

Письмо юного звукорежиссёра. Два года назад его пригласили работать на федеральный телеканал в Москве. И автор письма предложение принял. Отличная зарплата, невероятные профессиональные возможности, но что-то свербит в душе. 📩 Если вам тоже есть, чем поделиться — пишите на почту: ochevidcy.letters@gmail.com или в @ochevidcy_bot в телеграме. Опубликуем ваше письмо анонимно.

📖📖📖📖«Мы просто едем, чтобы не быть тут». Истории троих мужчин, уехавших из России и Крыма в сентябре 18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ПРОЕКТОМ «ЛЮДИ БАЙКАЛА» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ПРОЕКТА «ЛЮДИ БАЙКАЛА» ▶️Юрий* — программист, ему 28 лет. Они с друзьями и так собирались переезжать в Армению, но из-за слухов о приближающейся мобилизации Юрий решил не ждать и поехал прямо сейчас. ▶️Алексею* — 25, он промышленный альпинист. Из своего отпуска он в начале сентября отправился не домой в Россию, а в Сербию. Скоро к нему приедут жена и дети. ▶️У 34-летнего москвича Андрея в Крыму было агентство детских праздников, а его жена родом из Феодосии. Сейчас они едут автостопом в Индию — без плана и маршрута. * имя изменено 🔗Три героя этого текста рассказывают, почему решили уехать сейчас, в сентябре. И что они оставили дома. Читайте по ссылке.

+4

Нам написала Ксения (имя изменено). Родилась в Москве, но с 2008 года считает своим домом Украину. За несколько месяцев до начала полномасштабной войны она работала в Европе и как гражданка РФ без украинского гражданства не может вернуться к мужу, друзьям и своей прежней жизни. Также вы можете прочитать историю Ксении целиком на нашем сайте. Или по этой ссылке, если вы читаете из России. 📩 Если вам тоже есть, чем поделиться — пишите на почту: ochevidcy.letters@gmail.com или в @ochevidcy_bot в телеграме. Опубликуем ваше письмо анонимно.

«Нельзя на домохозяйку вешать вину за Путина» 🎧 Если у вас плохо грузится YouTube, можете послушать аудиоверсию интервью с Валерием Панюшкиным прямо здесь

«Ты сестра моя или ты мой враг?» Валерий Панюшкин — российский журналист и писатель. Работал в изданиях «Коммерсантъ», «Ведомости», The New Times, Esquire и «Сноб». Был шеф-редактором «Сноба», вел программу на «Дожде», возглавлял «Такие дела» и Русфонд. Весной 2022 года уехал из России. Сейчас живёт с семьёй в Латвии и работает в расследовательском отделе Радио Свобода «Система». После начала полномасштабной войны России против Украины Панюшкин написал книгу «Это мы, беженцы». Герои книги — украинцы, люди самых разных профессий и судеб, которых война заставила стать беженцами. Валерий Панюшкин также автор книг «12 несогласных», «Все мои уже там», «Девочка, которая выжила» и других. В 2025 году под псевдонимом Валлу Кананен вышла его книга «Остров Лемпо» — сказочная повесть для подростков, связанная с Карелией, финским фольклором и семейной историей автора. Мы поговорили с ним о катастрофе войны, которая разделила близких людей и прошлась по его семье, о том, почему и как россияне могут не замечать войну и продолжать жить своей жизнью, о том, где заканчивается ответственность государства и начинается ответственность каждого человека. Почему люди отправляют своих детей на войну? И можно ли вообще говорить об ответственности 140 миллионов человек? Смотрите интервью с Валерием Панюшкиным на нашем YouTube Благодарим «Пражскую книжную башню» за помощь в организации съемок.

Сегодня на Кольте - два текста, которые по разному смотрят на процессы привыкания России к войне. Олег Журавлев, один из основателей и участников Лаборатории публичной социологии (признана Минюстом иностранным агентом), разбирает общую картину: почему новые рестрикции и ограничения не приводят к протестам, при чем тут интересы разных социальных групп, как связаны кошелек и лояльность, какую роль играет природа длительности, как продвигается деполитизация. За пределами расхожих моральных оценок он утверждает: “Люди в России ведут себя рационально”. Социолог Александр Вилейкис рассматривает частный случай: российские моногорода (в них обитает примерно пятая часть населения России). Еще с 1990-х люди здесь зависли в ситуации крайней социальной неопределенности. Вывод Вилейкиса: быстрая адаптация к войне в этих пространствах - следствие старой привычки к жизни, где “ кризис - это не эпизод, а постоянное состояние”. Оба текста продолжают проект Кольты “Россия: привычный вывих”. Поддержите Кольту! Это можно сделать через Френдли или Patreon. Ваша помощь нужна нам, как никогда. @colta_ru