как вернуться домой по рыбному морю

(сияющий Гелиос не пробивал листву лучами, не прорывался дождь — до того он был загустелый, повсюду лежали огромные кучи листьев).

В густом кустарнике, не продуваемом мощью влажных ветров, залег кабан огромный

Когда опустилось солнце и настала темень, они улеглись и приняли сон как подарок.

Целый день до заката они пировали, и сердцу хватило соразмерной доли.

Вскоре явились прислужницы белорукие, говорливые, и сладкий сон отпрянул.

Ранняя Эос явилась багряным проблеском.

Тогда Менелай велел ахейцам подумать о возвращенье по широкой спине многоводья.

...иль желает отплыть в Эфиру, тучную землю, душегубительный яд привезти оттуда, подлить в кратеры и всех уничтожить скопом?

Мы вдвоем будем есть и пить в моем доме, и утешим друг друга жалкими нашими бедами

Ни отвергнуть постылого брака она не может, ни выбрать мужа. Они прожирают и губят мой дом и скоро меня разметают в клочья, но это, конечно, лежит у богов на коленях.

Из ванны он вышел, обличьем подобный богу.

Они вышли из комнаты, сжимая факелы, и привечали его, и ластились к Одиссею, и целовали взволнованно плечи и голову господина, и брали за руки... Сладкий порыв овладел им — к рыданью и стонам, ведь он узнавал прислужниц.

Опять говорил Телемах божественно-мощный: «Позорище... быть мне теперь размазней и трусом»

Орел кривоклювый, огромный, слетел с вершины, каждому шею свернул и убил, и лежат они все вместе, а он поднялся в прекрасное небо.

Она пригубила черной крови и взвыла.

Ты и впрямь хитрец, обладатель нетщетного разума, надо же, слово такое подумал вымолвить.

нельзя не исполнить воли Зевса Эгидодержца

В мягких лугах по соседству цветут фиалки и сельдерей. Если даже бессмертный явится, удивится, взглянув, и радость почувствует в сердце.

Что за слово, дитя, за ограду зубов скользнуло?

На острове ждали ахейцы, устроив засаду.