"Новое дело"

Несколько конкретных вопросов к руководству республики по проблеме ГСМ. Я понимаю, что существует общероссийский топливный кризис. Но… Уже более полугода в Дагестане продолжается топливный кризис. У этой проблемы есть и региональный аспект это пожалуй самый высокая цена на ГСМ, массовое закрытие АЗС и как следствие большое количество людей, которые остались без работы и дополнительная инфляция. Какие конкретные меры за этот период приняло и принимает руководство республики? Совещания, безусловно, необходимы, но сами по себе они не решают кризис. Важно понимать, какие конкретные решения и перспективы. Например; 1. Приход на рынок крупных сетевых компаний Выход на рынок республики хотя бы пяти или десяти крупных сетевых АЗС. Какие переговоры ведутся в этом направлении? Конкретные договорённости и сроки. 2. Прозрачные критерии закрытия АЗС Необходимы чёткие, прозрачные и публичные критерии, определяющие, какие именно нарушения являются достаточным основанием для закрытия автозаправочной станции. Почему одни могут работать другие в схожих условиях нет ?! Пусть потребитель тоже понимает, почему та или иная заправка не работает. Какие именно нарушения были выявлены? Насколько они соразмерны уровню угрозы? Недавно, например, закрыли одну из крупных АЗС в Семендере то есть в поле. При этом какие-то рядом с МКД продолжают работать. Об этом много говорили, однако понятного механизма, позволяющего оценить обоснованность закрытия и условия возобновления работы , до сих пор не видно. Речь не о том, чтобы игнорировать требования безопасности, а о том, чтобы обеспечить прозрачность, понятные правила и предсказуемость для бизнеса. 3. Поддержка установки газобаллонного оборудования (ГБО) Какие реально работающие механизмы поддержки перехода автомобилей на газ разработаны в республике? Речь может идти о налоговых льготах для организаций, устанавливающих ГБО, субсидировании переоборудования автомобилей, а также о поддержке предприятий общественного транспорта — как муниципального, так и частного, — готовых переходить на газомоторное топливо. Кроме того, хотелось бы понимать, рассматриваются ли меры по упрощению и ускорению оформления ГБО, сокращению бюрократических процедур и созданию более благоприятных условий для владельцев таких автомобилей. 4. Отдельный вопрос — введения моратория на отдельные проверки автомобилей с ГБО. Разумеется, речь должна идти о законных и безопасных механизмах, которые не отменяют обязательных требований к техническому состоянию оборудования. 5. НПЗ Отдельного внимания заслуживает вопрос запуска НПЗ. Ранее говорилось, что наш нефтеперерабатывающий завод, который, насколько известно, сейчас находится уже в государственной собственности, способен перерабатывать нефть и выпускать топливо стандарта Евро-5. На какой стадии сейчас находится этот проект? Что конкретно делается для запуска предприятия? Каковы реальные сроки его запуска и почему он до сих пор не запущен? Если запуск пока невозможен, хотелось бы услышать конкретные причины, а не общие заявления о перспективах. 5. Создание резервных мощностей для хранения топлива Помню, что ещё несколько лет назад вы публиковали материалы о проблеме резервного хранения топлива, в том числе о подземных хранилищах газа и других видов ГСМ в нашей республике. С учётом современных технологий спутникового наблюдения ссылка на то, что подобная информация является совершенно секретной, звучит не вполне убедительно. Безусловно, отдельные сведения об инфраструктуре могут быть закрыты по соображениям безопасности. Какие работы ведутся?. -Почему ответы на эти вопросы важны для людей и бизнеса? Мы по-прежнему наблюдаем тенденцию к закрытости власти, когда представители руководства считают необязательным информировать налогоплательщиков о конкретных результатах своей деятельности. С практической точки зрения такую позицию сложно объяснить. Формальная открытость, публичные выступления и сообщения о проведённых совещаниях не могут заменить конкретную информацию о принятых решениях, сроках их реализации и достигнутых результатах. #естьмнение #ГСМ